День живых

В конце концов, день, который должен был стать днём сердечной памяти, превратился в бойню. Двое посетителей бара больше никогда не увидели свет, четырёх завсегдатаев увезли на скорой.

И таких случаев были десятки. Только тех, что попали в новости или газетные сводки. С тех пор власти Мэна призвали жителей быть осторожней, а по возможности и вовсе не выходить из дома в этот день.

По лестнице прокатился грохот шагов. Джесси сбежал вниз, не жалея пяток, и словно привидение появился перед Кэтрин.

– Мамочка, папа ещё не пришёл?

Кэтрин взглянула на часы.

5:45. Ещё рановато.

– Осталось подождать ещё чуть-чуть, дорогой.

Поцеловав сына в макушку, Кэтрин не могла скрыть волнения. Джесси так ждал прихода отца. Вскочил раньше времени в одной пижамке, даже не всунув ножки в тапочки. Волосы набекрень, в руках плюшевый заяц, в ногах мельтешит Бэй. Вот уж парочка, которая никогда бы не отходила от Мэтта.

– Это что у тебя, вафли?!

Две пары глаз выпрашивающе уставились на Кэтрин.

– С клубничным джемом?

– Прости, зайчонок.

Мы вчера забыли его купить.

– Ну во-о-от, – по-детски протянул Джесси, усаживаясь на стул за кухонным островком.

– Но зато у нас есть кленовый сироп и черника! – Попыталась подбодрить сына Кэти, расставляя тарелки и доставая продукты из холодильника.

– Не клубника, конечно, но тоже сойдёт. Правда, Бэй?

– Ты и папу не дождёшься?

Ручонка Джесси зависла над общей тарелкой с вафлями.

– Ну я только одну. Пожалуйста.

И так всегда.

Писклявый голосок, бровки домиком, и устоять невозможно.

– Но только одну. – Сговорчески прошептала Кэти, перекладывая мягкую вафлю сыну на тарелку.

Через двадцать секунд вафли и след простыл. Скормив половину Бэю, Джесси налил целое море сиропа на оставшийся кусок и схомячил всё, словно голодный зверь.

– Ладно, оголодавший волк, – усмехнулась Кэтрин, – а теперь иди разбуди сестру. Папа вот-вот появится. Пора бы ей спуститься к столу.

– Уже бегу!

И Джесси умчался так же быстро, как появился на кухне.

Жалко от детей легко подхватить грипп, а не энтузиазм. Было бы проще перенести предстоящую встречу.

Кэтрин начинало трясти. Прошлые года переносились спокойнее. Она сама ждала этих встреч, как ребёнок. Но всё изменилось, когда в её жизни появился Ник. Сможет ли она теперь так же естественно изображать любящую жену, когда сердце занято другим?

Звонок в дверь заставил её вздрогнуть. Ровно шесть утра. Пятый год, как часы.