Погребенная во льдах

Это был крепкий коренастый землепашец, не больше сорока лет, в коричневой добротной домотканой одежде и в сапогах из кожи домашней выделки. Загнав своих коз, человек выпрямился и взглянул на Кадфаэля. Прищуренные глаза внимательно изучали монашескую рясу, широкое обветренное лицо всадника и высокую резвую лошадь.

– Да благословит Господь это владение и его хозяина, – сказал Кадфаэль, осадив лошадь у плетня.

– Да поможет тебе Бог, брат! – Голос у землепашца был низкий, а глаза весьма настороженные.

 – Куда ты путь держишь?

– В Бромфилд, друг. Я правильно еду?

– Да, верно. Так и продолжай. В полумиле отсюда будет Хоптонский ручей. Переберись через него и возьми влево, там увидишь два его притока. Как минуешь второй, дорога разветвится. Потом направо, по склону, а по ту сторону Ладлоу выедешь на дорогу в миле от монастыря.

Землепашец не спросил, каким образом бенедиктинский монах в столь поздний час оказался в таком глухом месте. Он ничего не спросил, но, хотя улыбался приветливо и на вопросы отвечал с готовностью, стоял так, чтобы загородить вход на свой участок.

Его выдавали глаза – по их выражению можно было догадаться: он хочет скрыть, что у него за воротами, и запоминает каждое слово, чтобы правильно пересказать кому-то. Однако человек, расчистивший это место, наверняка должен быть честным и смекалистым малым.

– Благодарствую, – сказал Кадфаэль. – А теперь, коли сможешь, помоги мне еще в одном деле.

Я монах из Шрусбери, а сейчас живу в Бромфилдском монастыре. Там в лазарете лежит брат нашего ордена из Першора, и я его лечу. Наш больной беспокоится о каких-то встреченных на дороге людях. Сбежав из Вустера, они направлялись в Шрусбери. Однако не захотели вместе с ним повернуть на запад, в Бромфилд, так как собирались продолжить путь на север. Скажи, не проходили ли они здесь?

И Кадфаэль принялся за их описание, уже начиная сомневаться в своем чутье, но тут его собеседник бросил быстрый взгляд через плечо в сторону своего домика.

Затем снова перевел настороженный взор на монаха.

– Мимо меня такие не проходили, – твердо ответил он. – Да и чего им тут ходить? Мой дом на дороге, которая никуда не ведет.

– Те, кто странствуют в незнакомой местности, вполне могут очутиться на дороге, которая никуда не ведет, они ведь могут заблудиться. Это место не так уж далеко от Годстока, а там я уже наводил справки.