Сокровенное таинство

Взгляду приезжих открылся спокойный, освещенный солнцем большой монастырский двор, наполненный повседневной суетой: братья, послушники и служки сновали во всех направлениях, занятые своими обыденными делами. Оставалось полчаса до полудня, в аббатской школе закончился урок, и высыпавшие во двор мальчишки гоняли мяч, в воздухе звенели их веселые голоса. Во всем чувствовалось размеренное течение монастырской жизни, в которой одно следует за другим по строго заведенному порядку – словно времена года.

Проехав ворота, всадники остановились.

Кадфаэль подержал стремя старшему, хотя, как оказалось, надобности в этом не было: тот соскользнул на землю так же естественно и непринужденно, как птица расправляет и складывает крылья, но несколько замедленно. Он потянулся и выпрямился во весь свой немалый – явно выше шести футов – рост. Несмотря на очевидную слабость, в движениях незнакомца ощущалась грация и держался он прямо, как древко копья. Его младший спутник соскочил с мула и стоял в напряженной позе, озираясь по сторонам. Возможно, ему не понравилось, что Кадфаэль опередил его услужливую руку, однако он ничем не высказал ни благодарности, ни протеста.

– С вашего позволения я сообщу аббату Радульфусу о вашем прибытии, – предложил Кадфаэль. – Как доложить о вас?

– Скажи ему, что братья Хумилис и Фиделис, прибывшие из лежащего ныне в руинах приората Хайд, во имя нашего святого ордена взывают к его милосердию и с покорностью молят о покровительстве и защите.

Кадфаэлю подумалось, что в прошлом смиряться и выказывать покорность этому человеку приходилось нечасто, но, похоже, ныне ему не чужды эти добродетели.

– Я передам твои слова в точности, – промолвил Кадфаэль и обернулся к молодому монаху, ожидая от него знака одобрения или согласия. Тот только склонил прикрытую капюшоном голову, но не проронил ни слова.

– Прошу тебя, – сказал брат Хумилис, стоявший рядом со своим белоснежным мулом, – не таи обиды на моего юного друга.

Брат Фиделис не может словами поблагодарить тебя за заботу – он нем.

Глава вторая

– Приведи этих братьев ко мне, – озабоченно распорядился аббат Радульфус, с удивлением выслушав сообщение Кадфаэля о прибытии путников и краткий рассказ о том, что вынудило их пуститься в дорогу. Отодвинув в сторону пергамент и перо, аббат поднялся из-за стола и подошел к окну – его высокая прямая фигура четким силуэтом обозначилась в лучах солнечного света.