Аквамариновая звезда. Ночные Птицы Рогонды (сборник)

За завтраком девочки не разговаривали с Машей, только Дельфа пошутила, что, видимо, Маше очень понравился кефир из молока коровяки, раз она смогла выразить по его поводу такой восторг в рекламе.

– Я и не знала, что что-то рекламирую, – пожала плечами Маша. – Фотографировалась – и все. О чем думала, не помню, кажется, о моих… родителях.

Сначала она хотела сказать – «носочках», однако в последний момент решила, что это будет означать ее готовность к войне. Мама всегда говорила, что худой мир лучше доброй ссоры. Кто знает, может, объяви она войну, ей в следующий раз не принесут растворитель для клея в душевую? От нее, кстати, не укрылись старания Венессы и Кары заглянуть под стол и посмотреть на ее ноги.

Дельфа и Лилия вели себя как обычно.

Морена немного опоздала на завтрак, ее аквамариновые глаза сияли как обычно, однако веки казались чуточку припухшими, словно она плакала. Жадно выпив стакан горячего кефира, звезда немного нервно сказала Маше:

– Подожди меня после завтрака, я тебя провожу. Совет морских дев решил, что сегодня тебе стоит попробовать поработать с Красной Мя.

Может быть, в паре с Гран Кокет Слоник.

Последнее слово она произнесла с ударением на последний слог. Маше эти имена ни о чем не говорили, однако Кара уронила и разбила стакан, а Венесса закричала:

– Второй день в деле – и уже Красная Мя! Вы там все с ума посходили?

– Я сама в шоке, но рада за Машу, такая карьера – редкость, лишь бы не снизить обороты, – Морена улыбнулась, но ее губы дрогнули. Ела она немного, попросила второй стакан кефира, смотрела поверх всех голов в сторону океана.

Что-то ее явно мучило, и Маше хотелось верить, что не она тому виной.

Они снова поднимались по вертящимся винтовым лестницам и проходили длинными зеркальными коридорами. Маша надеялась на свой фонарик колокольцев, который висел у нее на груди, на шнурке, вместе с кристаллом кварца, однако старалась по мере сил запоминать дорогу. Вот и нужная комната – небольшая, с низким потолком, но по сравнению со вчерашней уютная и даже нарядная.

На огромном, во всю стену окне атласные алые шторы в крупных складках, одна стена зеленая, другая зеркальная, третья темно-розовая. Посреди комнаты фотоаппарат. Однако Красная Мя не спала на нем, как Желтая Мя, напротив, она с комфортом восседала на розовом бархатном кресле у низкого стеклянного столика и пила горячую пряную воду – ту самую, из баночек с кораллами, заедая ее точно таким же пирожным с кремом из криля, какие были в Машиных апартаментах.