Аквамариновая звезда. Ночные Птицы Рогонды (сборник)

Ей хотелось сказать, что в служанки она не нанималась, но о чем было спорить – Морена так решила, а она, Маша, была ей должна – с работы ее уволили, как расплачиваться? Пока девочка боролась с собой, раздумывая, становиться ли добровольной служанкой Морены или снова остаться одной в городе, без дома, денег, еды, с огромным долгом, Морена выясняла отношения с охранником.

– Вы все еще здесь? – спросила она странно изменившимся голосом.

– Не вы меня нанимали, не вам меня увольнять.

– Я сейчас же позвоню Урию Алею и расскажу, что вы сделали.

Морена взяла со столика мобильный телефон. Молодой человек моментально сообразил, что сейчас будет – его телефон ответит на ее звонок, – и быстро запустил руку в карман, но успел только достать сотовый, как тот запиликал. К счастью, Морена стояла к нему спиной. Он быстро сунул телефон в руки Маше, а та, недолго думая, вышвырнула его в открытое окно. Урий Алей охнул, в это время Морена повернулась.

– Не берет трубку.

– Простите меня, больше это не повторится.

Я сам отрапортую Урию Алею, что произошло, пусть он принимает решение.

Реал слегка склонил голову и решительно пошел к двери. Вдруг его догнал возглас Морены.

– Не надо!

Он замер. Замерла и Маша, во все глаза глядя на лицо красавицы. А та явно мучилась очень, и видно было по ней, как нелегко ей дается эта борьба с самой собой, как она не может принять решение, и словам, что только что сорвались с ее языка, она и сама не рада и удивлена не меньше других.

– Морена, – позвала ее Маша, в беспокойстве оглядываясь на спину Реала. – Морена, что ты придумала?

– Я… – Морена глубоко вздохнула. Потом сглотнула. Затем откинула с плеча волосы. – Я не думаю, что стоит говорить Урию Алею. Он, наверное, вас просто убьет. А вы… Вы сказали вроде, что больше так не будете.

– Так что, мне остаться? – мягко спросил Реал, оборачиваясь.

– Нет! – поспешно воскликнула Морена. – Нет, я вас не увольняю. Пока. Ну, это ведь дело Урия Алея, увольнять вас или нет, а ему-то как раз мы ничего сказать не можем, потому что он вас убьет.

Но я вас видеть не хочу. Пока. Пока я сержусь – да, я сержусь. Наверное. В общем, идите и не показывайтесь мне на глаза… Какое-то время.

Реал грустно сказал Маше:

– Вот я влип.

Потом он вышел за дверь. Морена плюхнулась – не села, а именно плюхнулась перед зеркалом так, будто ее кто-то пнул под коленки. Растерянными, полными слез глазами она рассматривала свое отражение.