Алёся-Милёся

– А разве вместе с учением, ты не подарила мне дополнительную энергию?

– Подарила, но, когда ты будешь забирать их навыки из снов, то она будет расходоваться в большем количестве и довольно быстро. Не забывай об этом и не старайся научиться всему и сразу. И потом, балеринам не часто сняться сны, где они делают упражнения у хореографического станка или в центре зала, чаще им сняться сны, где они репетируют своё соло в постановке, которую мечтают станцевать, так, что тебе придётся, запасись терпением.

– Великолепная Селена, а могу я попросить тебя добавить мне энергии в это время?

– В полнолуние да, но если ты потеряешь свои силы в новолуние, я не смогу тебе помочь.

– Спасибо и на том, – сказала Алёся и поклонилась в пояс, – Пожалуйста, одари меня своим советом перед тем, как я отправлюсь в чей-то сон.

– Запомни, у человека самые откровенные мысли, когда он только начинает засыпать или перед самым пробуждением, поэтому, если ты овладеешь этой частью сна, то будешь знать самые сокровенные его мечты.

И ещё, людям часто сняться сны о любви, но не забывай, что эта любовь эфемерная, настоящая любовь только земная и значит влюбляться нужно только на земле, а не в героев чужого сна. Запомнила?

– Запомнила. А мне можно будет, посещать сны юноши, который мне понравится?

– Нет, нельзя. С ним ты сможешь всё решать только земными методами.

– Прям, никогда, никогда будет нельзя?

– Пока нельзя, да, как в прочем с родными, друзьями и коллегами по работе.

– И с подчинёнными? – расстроенно спросила Алёся.

– А, вот с подчинёнными как раз можно, так узнаешь их чаяния и пороки, тем самым поможешь своему бизнесу.

– Ладно, хоть так. Жаль только, что у меня нет бизнеса, – недовольно пробурчала Алёся-Милёся.

– Насколько я понимаю, у тебя и юноши сейчас нет, – засмеялась богиня, – Так, что пока я буду сдерживать твои возможности, уж извини, тебе ещё рано давать полную волю.

– И правильно, – неожиданно включилась в беседу вернувшаяся Татка, – только перепрыгнула с одиннадцати лет на шестнадцать, а уже подавай ей полную власть над чужим сном.

Богиня утвердительно кивнула, подошла к Татке и взяла её за руку:

– А почему, ты не захотела научиться владению сном?

– Я, верующая и боюсь вторгаться в чужие мысли.