Али-Баба и сорок разбойников (сборник)

Последним вошёл атаман, и дверь затворилась за ним.

Али-Баба, притаившись, продолжал сидеть на дереве. Впрочем, ждать ему пришлось недолго. Скоро разбойники показались снова: на этот раз атаман вышел первым и, пропустив мимо себя всех остальных, произнёс: «Сезам, затворись!» Дверь снова затворилась. Разбойники сели на коней, привязали к сёдлам мешки и ускакали.

Али-Баба не сразу решился сойти вниз: он боялся, как бы разбойники не вернулись обратно. Наконец, убедившись, что опасность миновала, он слез с дерева, подошёл к скале и произнёс подслушанные слова: «Сезам, отворись!» В то же мгновение дверь широко распахнулась, и Али-Баба увидел просторную пещеру с высоким сводом.

В пещере было видимо-невидимо всякого добра: дорогие шёлковые ткани, великолепные ковры и целые кучи золотых и серебряных монет. Эти сокровища были собраны несколькими поколениями разбойников, которые совершали свои набеги далеко отсюда и только время от времени появлялись в этом лесу, чтобы спрятать свою добычу.

Али-Баба, не колеблясь ни минуты, вошёл в пещеру.

Дверь затворилась, но это его не смутило: ведь он знал слова, которыми мог снова открыть её. Он выбрал несколько мешков, заполненных золотыми монетами, вытащил их из пещеры и проговорил: «Сезам, затворись!» Дверь в скале тотчас закрылась, а Али-Баба отыскал разбежавшихся ослов, взвалил на них мешки и, прикрыв их сверху дровами, пустился в обратный путь.

Али-Баба благополучно вернулся домой, где его ждала жена. Здесь он снял мешки с ослов, отнёс их в комнату и высыпал золото перед женой.

Но добрая женщина с ужасом воскликнула:

– Али-Баба, откуда у тебя это богатство? Неужели бедность довела тебя до того, что ты сделался вором?

– Успокойся, жена, – отвечал Али-Баба, – если я кого-нибудь обокрал, то только разбойников.

Тут он рассказал жене всё, что случилось, и обрадованная женщина не могла налюбоваться сокровищами. Ей захотелось немедленно пересчитать золотые монеты.

– По-моему, это совершенно лишнее, – возразил Али-Баба.

 – Но если тебе так хочется, то займи, пожалуй, мерку, только смотри, никому не проболтайся.

Жена обещала быть осторожной и отправилась к Кассиму, жившему неподалёку. Не застав его дома, она попросила его жену ненадолго одолжить ей небольшую мерку.

– С удовольствием, – отвечала та, – я сейчас принесу тебе.

Но очень уж хотелось ей узнать, что именно Али-Баба, слывший бедняком, собирается мерить. Она слегка смазала салом дно мерки и отдала её невестке.