Алиса Селезнёва в заповеднике сказок

– Вы мои анализы смотрели? – обернулась к Селезневу средняя, самая главная голова дракона. – Очень плохие анализы.

– Анализы приличные, – сказал профессор Селезнев. – Но если вы хотите, я пропишу вам укрепляющие уколы.

Змей Гордыныч тут же поднялся на все четыре лапы и сказал:

– Так у нас дело не пойдет. До свидания, доктор.

Он развернулся, чуть не сшибив хвостом Кусандру, и пошел прочь.

– Он ужасно боли боится, – сказал Кусандра. – Второго такого трусливого дракона я не встречал. Только этим я его и держу в руках.

И он побежал вслед за драконом, крича на бегу:

– Стой, ископаемое! Чтоб тебе пусто было!

Его каска сверкала на солнце, а черное узкое пальто делало его похожим на гусеницу, которая бежит на самых задних ногах.

– Ну что ж, – сказал отец, глядя им вслед, – пойдем работать. Странные люди. Надо будет потом поговорить с Иваном Ивановичем, директором заповедника. Зачем он держит таких помощников? Ведь этот Кусандра совершенно не умеет обращаться со зверями.

– Но дракон не зверь, – сказала Алиса.

– Просто сказочных существ не бывает, – сказал отец. – Всему на свете есть научное объяснение. Только его не всегда сразу найдешь. Иди, Алиса, пора делать уроки. Я не хочу, чтобы моя дочь была отстающей по марсианскому языку.

И они пошли домой.

Свен и кукла

Алиса вбежала к себе в комнату и сразу закрыла дверь, чтобы отец случайно не увидел, какой у нее гость.

Гном все так же сидел в ящике, держа за руку куклу Дашу, и, когда увидел, что Алиса вернулась, сказал ворчливым голосом:

– Тебя только за смертью посылать.

– Но я ждала, пока уйдет Кусандра.

– Знаю, знаю. Неси мне поесть, тогда все расскажу.

– А что тебе принести? – спросила Алиса.

– Чего-нибудь попроще.

– Молока?

– Ты же знаешь, что я не выношу молоко.

– Тогда котлету! Хочешь котлету с хлебом?

– Все ясно. Ты хочешь, чтобы я растолстел и умер от ожирения.

– Нет, не хочу. Но что же мне тогда принести?

– Я же сказал – чего-нибудь попроще. Соловьиных язычков. Но немного, полтарелки. И не пережарь, понимаешь?

– У нас нет соловьиных язычков.

– Так я и знал. Она пожалела для меня соловьиных язычков. Что же, тогда… – Гном задумался, прикрыл глаза и начал чесать длинную бороду. – Хорошо, – сказал он наконец. – Согласен на тушеный плавник акулы. Согласен. Уговорила.