Альта и Грис

Официанты суетились с озабоченными лицами, посетители растерянно озирались, а из кухни раздавалось отчаянное «МЯУ!» Никогда ещё Грис не слышала, чтобы кошка так громко кричала. Если ей только не наступили на хвост…

Войдя в кухню, Грис огляделась. Звук стал ещё громче. Повара бросили кипящие кастрюли и шипящие сковороды: стояли, заткнув руками уши. В центре, среди густых клубов пара, металась хозяйка кафе, пытаясь перекричать непрерывное «МЯУ!»:

– Кто открыл дверь? Я спрашиваю: кто открыл дверь?

Повара молчали.

– Откройте уши, олухи! – хозяйка подскочила к шеф-повару, выдернула у него руку из уха и закричала, что было сил:

– Зачем вы пустили уличную кошку в кафе?

– Это еноты, – ответил шеф-повар.

– Что? Какие еноты?

– Бродячие, – пояснил шеф-повар. – Они подкинули кошечку.

– Зачем вы открыли им дверь? – настаивала хозяйка.

– Мы думали, что привезли тесто для пиццы. В это время всегда привозят тесто.

Толкнув Грис плечом, в кухню вбежал старший официант:

– Беда! – объявил он охрипшим голосом.

Хозяйка и так чувствовала, что стряслась (вернее – скричалась) катастрофа, но тут поняла это окончательно. В отчаянии она опустилась на пол и захныкала:

– Всё пропало… Ко мне больше никто не будет ходить… Я разорена…

Её взгляд остановился на Грис. Ведь сидя люди становятся гораздо ближе к кошкам.

– Грис! – закричала хозяйка так, что на мгновение заглушила беспокойное «МЯУ!» – Немедленно забери кошечку!

– Я? – изумилась Грис.

Она представила свой тихий уютный домик сотрясающимся от непрерывного душераздирающего ора: ни почитать, ни помечтать, ни подремать.

– О, нет! Только не я!

– Если её не заберёшь ты, я вызову полицию и эту бродяжку упрячут в приют.

Грис вздохнула:

– Хорошо, я попробую. Где она?

Шеф-повар кивнул на закрытую дверь:

– В кладовой.

Спустившись по узкой лестнице, Грис оглядела длинные ряды консервов, мешков и упаковок. Крик стал оглушительным.

«Где же она?» – подумала кошка. И тут же увидела полосатое (серо-бело-рыжее) пятно возле холодильника.

– Перестань кричать, это не вежливо! – крикнула Грис, потому что иначе её не услышали бы.

– Я хочу есть! – заявила полосатая кошечка, произнося слова с сильным енотовым акцентом. Она была не такой уж маленькой: скорее подростком. Вся шерсть у неё торчала грязными клочьями, а зеленоватые глаза слезились то ли от обиды, то ли от пыли.