Москвичка. Детективная история

 – Ты маленько отдохни, а папка придёт, и решите уж как дальше-то поступить. Только я, сынок, считаю, что не найдёте вы её сейчас уже. Видно, она своими волосами длинными за какую корягу под водой зацепилась крепко. Вот вспухнет и тогда…

– Мама, ну, не надо! – Роман сморщился с гримасой отвращения на юном лице. – Страсти такие жуткие говоришь. Прям как баба Вася, каркаешь.

– Ну, а как ещё? Куда же она подевалась, если вы её не нашли до сих пор? Уж твой отец-то рыбак такой, что выловит что угодно и кого угодно из Амударьи в два счёта, а вот, поди ты, не смог.

Хотя и знает реку как свои пять пальцев, каждый поворот, каждый затон… Эх, жаль девку.

– Да, красивая какая Настя, и волосы какие длинные, шелковистые… – сын грустно вздохнул.

– Ты откуда про волосы знаешь? Щупал их что ли? – Раиса подозрительно посмотрела на Ромку, вспомнив о том, что рассказывал Ерофеич.

– Ничего я не щупал!

– Ты мне лучше скажи, Ромочка, чтобы я знала всё.

Милиция пойдёт по домам расспрашивать, им Ерофеич и скажет, что ты на их лавочке с Москвичкой был позапрошлой ночью…

Роман не дал матери договорить:

– Пусть говорит, я ничего не делал плохого. Проводил Настю с дискотеки только. Клавка куда-то умотала с дядей Петей, вот Настя меня и попросила до Киямихиного дома проводить. Что такого? Ну, проводил и всё.

– А на лавочке чего сидели и хихикали? – устроила допрос встревоженная его словами мать.

– Да не хихикали мы вовсе. Присели поговорить о том, о сём. Тут дед вылетел, как ошпаренный, и погнал нас. Обзывался ещё так, что мне вчера даже на глаза Насти попадаться стыдно было.

– Хорошо, ты отдохни, не переживай. Что-нибудь да прояснится к вечеру. Спи, – вздохнула с облегчением мать, зная, что сын врать ей не станет.

Задернув шторы на окнах и включив вентилятор, который дул прямо на кровать, где лежал сын, Раиса вышла из комнаты, чтобы дать возможность Ромке вздремнуть после безумной ночи.

Всё сегодня валилось из рук женщины. Собралась было она устроить стирку, однако сил хватило лишь на то, чтобы разобрать бельё и замочить в разных тазах белое и цветное. Хватаясь то за одно, то за другое дело, она вконец измучилась от грызущей изнутри тревоги. И Лёнька, как назло, всё не шёл домой, чтобы можно было с ним поболтать и унять страхи.

Раисе было страшно за сына.