Амари и Братство ночи

Проходит еще минут пятнадцать, людей в холле становится меньше, и у меня появляется шанс сделать все как надо. Но стоит мне оказаться внутри, как в лифт проскальзывает хмурый лысый дядька.

Я протягиваю руку, чтобы не дать дверям закрыться.

– А ну, перестань, – резко оборачивается ко мне дядька. – Я и так опаздываю на встречу.

Срочно нужно придумать какую-нибудь отговорку, иначе я никогда не попаду на собеседование.

– У меня ужасная простуда. – Я шмыгаю носом и фальшиво кашляю. – Не хочу вас заразить.

Дядька шарахается от меня, хмурясь еще сильнее.

– Пожалуй, мне и правда лучше поехать на другом лифте, – бормочет он и так быстро выскакивает в холл, будто речь не о простуде, а о чуме какой-нибудь.

Поверить не могу, что у меня наконец получилось. Двери лифта закрываются. Я еще раз изучаю инструкцию. «Нажмите на кнопку “Подвал” 26 раз».

Стоит мне выполнить это указание, как свет гаснет, а все пространство внутри начинает сканировать ярко-красный луч.

– Обнаружено рекомендательное письмо, – слышу я механический голос.

 – Пожалуйста, проходите.

Что-то громко щелкает, и лифт открывается с противоположной стороны, выпуская меня в извилистый коридор с металлическими стенами.

Ничего себе. Как такое вообще возможно?

Я выглядываю из лифта в надежде увидеть конец коридора, но он скрывается где-то за поворотом. Кажется, пути назад нет.

Встряхнувшись, чтобы взять себя в руки, я иду вперед и оказываюсь в маленькой приемной. Шесть стульев, столик с журналами в углу и стойка, за которой сидит пухлая светловолосая женщина.

При виде меня она расплывается в улыбке:

– Чем я могу вам помочь?

– Мой брат рекомендовал меня для…

Для чего, кстати?

– Ну конечно, – вежливо отвечает женщина. – К сожалению, нашего специалиста по кадрам сейчас нет на месте…

Откуда-то издалека доносится грохот.

– А впрочем, кажется, он уже вернулся. Идите через левую дверь до самого конца. Вам нужен последний кабинет с правой стороны.

Следуя ее указаниям, я подхожу к приоткрытой двери и заглядываю внутрь.

Посреди кабинета лежат обломки того, что раньше было столом. Над ними стоит очень странный тип. Он выше меня ростом, но такой же худой, в растрепанных волосах белеют седые пряди. Но дело даже не столько в его внешности, сколько в одежде.

На нем ярко-оранжевые брюки цвета дорожных конусов и рубашка того же оттенка. Я раньше видела оранжевые рубашки, но эта к тому же покрыта оранжевыми и коричневыми перьями.

– Входите, входите.