Амели находит друзей

– Вода – древнейшее вещество на планете, она была здесь практически с момента ее зарождения, как только земля начала остывать, – начинали они свой рассказ, – вода удивительное вещество! Истоки зарождения, триумф расцвета и великолепие той природы, что вы видите сейчас. Каждая из нас возрастом в сотни миллионов лет и пройдут еще миллионы, пока мы не увидим, как изменяется окружающий мир. Это истинная ценность, вода помнит все!

– Ах, как скучно! – говорили раздосадованные капельки.

«Ох, как же они невыносимы» – думала малышка капелька, уносясь к поверхности воды. Она слышала все эти сказки уже тысячи раз. Но ее братишки и сестренки, казалось, словно все забывали, дурачась так, как будто только вчера проявились на свет. – О каких миллионах лет можно говорить, ведь капельки совершенно ничего не помнили о природе прошлого, впрочем, как и не пытались узнать о ее разнообразии.

В отличие от других малышка капелька пыталась все узнать, понять, исследуя каждую частицу окружающего мира, до которой только могла прикоснуться. Но садовник Говард был очень педантичен, он всегда добросовестно прибирался в своем саду – ни одна травинка или листик не мог упасть в лужицу. В парке стояла идеальная чистота и порядок. Капельке это нравилось, но как же хотелось прикоснуться хотя бы к чему-то, что так завораживает ее в этом чудесном саду.

Она стремилась как можно больше узнать об этом мире, суетясь так, что по лужице шла рябь, словно дул штормовой ветер, хотя на улице было совсем тихо.

Казалось, старый садовник Говард все понимал, присаживаясь на бордюр возле лужицы, с хитринкой глядя на успокаивающуюся рябь в тот самый момент, как он начинал напевать незатейливую детскую песенку. Малышка капелька внимательно его слушала, разглядывая затейливые изгибы морщинок и легкую улыбку на лице добродушного великана, то и дело поглаживающего пышные белые усы.

Она уже выучила каждое слово, громко подпевая веселый, задорный мотив, но Говард ее не слышал… Капелька немного грустила, но вновь начинала радостно резвиться каждый раз, когда садовник наклонятся к лужице, поправляя седые волосы под небольшой клетчатой фуражкой.