Амулет Добра

Все понятно?

– А почему ты черная? – недоумевала Мафи.

– Такая родилась, – раздалось в ответ, – цвет шерсти роли не играет, главное, какая у собаки душа, вот она не должна быть черной. Мой лапы, и пошли в столовую.

Глава 5

Первый ужин

Когда Мафи вернулась в комнату, за большим столом сидело такое множество незнакомцев, что у гостьи закружилась голова.

– Это Капа, рядом с ней Марсия, – начала называть всех по имени Муля, – потом Феня, слева Куки, ты ее уже знаешь, белка Матильда…

Мафи кашлянула.

– Простите, белка тоже мопс? Не похожа как-то.

– Нет, белка это белка, – пояснила Муля, – а сидящая рядом с ней Антонина – чихуахуа, это собака, но не мопс. И черепахи Че и Ге не мопсы.

– Да, – хором сказали черепашки, – с этим не поспоришь, мы не собаки.

Муля поставила перед Мафи тарелку с чем-то круглым, бежево-коричневым и большую кружку с цветочным орнаментом.

– Ну-ка, попробуй.

Сидевшая по соседству Куки ткнула Мафи лапой в бок:

– У меня именная посуда.

Капа постучала лапой по столу:

– Куки, прекрати. Мафи только приехала, будет и у нее своя чашка.

– Мама, почему Капа мне все время замечания делает? – заныла Куки.

– Дорогая, Капа старшая сестра, – ответила Муля, – она обязана младших уму-разуму учить.

– Я уже и так умная, – фыркнула Куки. – Надоели поучения! Не хочу их слушать.

– Ты сейчас не очень правильно себя повела, – мирно заметила Муля, – похвасталась своей чашкой.

– Я хорошая! – подпрыгнула Куки. – Я всегда говорю правду! Зачем ты сказала, что я плохая?!

Капа отложила вилку.

– Куки, ты опять все неверно поняла. Мама не говорила, что ты плохая! Даже очень хорошая собака может совершить неправильный поступок. Я тебя люблю, поэтому воспитываю. Мафи, не сиди с раскрытым ртом, ешь!

Щенок откусил от неизвестного ему предмета и замер.

– Ну как? – осведомилась Зефирка.

Мафи молчала.

– Это маффин, – пояснила Муля, – тебя в честь него назвали. Теперь попробуй какао.

Мафи покорно сделала глоток и опять застыла.

– Мама! Она язык проглотила, – захихикала Куки, – наверняка у нас будет еще одна Феня!

Высокая худая мопсиха в круглых очках, сидевшая возле Зефирки, опустила голову, вздохнула, потом вдруг еле слышно спросила:

– А входную дверь заперли? Уже вечер.

– Не волнуйся, Фенечка, – ответила Зефирка, – все хорошо.