Эти проклятые жизни

Было бы логично отодвинуться, но тело предательски льнуло в нему. Все казалось таким правильным. Голова стала тяжелей и веки медленно сомкнулись.

ГЛАВА 4

На этот раз мое пробуждение не таило в себе прежней паники. Я очнулась на больничной койке. Тело просило поспать ещё, но голова, как сломанная пластинка, повторяла фразу Аарона.

Я хотела встать с кровати, но, кажется, мне установили внутривенный катетер, а множество каких-то датчиков на теле тянулись к аппарату, издающему неприятный писк.

Голова гудела, а глаза снова слипались.

– Эйли, ты проснулась. Я места себе не находила, – протирая накопившиеся слёзы, всхлипывала Рони. – Я вызову врача.

– Нет, стой! – громче чем требовалось возразила я.– То есть, прости, что заставила волноваться, но сейчас все хорошо, и нам нужно уходить.

– Куда ты собралась? Ты и в правду чокнутая! Я сказала врачам, что ты упала в обморок и ударилась головой, но меня не проведёшь, Эйли… Я видела, как ты стояла как вкопанная около часа, а потом на твоём теле начали появляться царапины и кровоподтёки.

Это … это же не нормально, прошу, объясни мне. Это происходит уже не в первый раз.

Я впервые видела Рони такой уязвимой и такой серьёзной. Она держала меня за руку и часто моргала, чтобы снова не заплакать.

– Прости, – шепотом промямлила я – Я должна была сказать раньше, но сейчас нам нужно уйти, а дома я все объясню, правда. – Я взглянула в окно. – А сколько я была в отключке?

– Около 3 часов.

Сейчас ночь, если ты об этом. Доктор сказал, что это из-за переутомления, – пробормотала Рони, взявшись за сумочку в поисках телефона. – Я позову врача и позвоню Маркусу, чтобы он нас забрал, если конечно, тебя отпустят, а потом пообещай мне больше ничего от меня не утаивать.

– Обещаю, – уверенно подтвердила я.

Нас отпустили спустя пару часов бумажной волокиты, огромного рецепта, выписанного очень милой медсестрой, и обещанием следить за здоровьем.

Легко отделались, на этот раз.

Всю дорогу домой Рони сладко спала, а Маркус ехал с сжатыми челюстями и укоризненно поглядывал в мою сторону, давая понять, что сегодняшняя беспокойная ночь – моя вина.

Мы всегда друг друга недолюбливали. Все началось с того, что Рони отказалась переезжать к Маркусу, чтобы не оставлять меня одну. За что я ей определенно благодарна, но она меня слишком опекает.