Апокалипсис для единорога

– Так, тут у вас корвалол, глицерин и кардикет есть. Что вам кардиолог назначил? – Спросила я.

– Ой хорошая моя, то, что он назначал, мне не по карману, давай этот с оранжевыми буквами. – Ответил мне старик тяжело дыша.

– Это кардикет, боюсь вам в больницу нужно. —Сказала я, положила в трясущуюся руку старика таблетку и подала стакан воды, принесенный Сергеем.

– Думаешь в больнице будет до меня дело? – С трудом произнес он, – боюсь там либо уже никого не осталось, либо есть болячки и поважнее моих.

–Тогда помолчите и отдыхайте.

—Велел ему Сергей.

–Парень, там в комоде в спальне, есть футболки и спортивные штаны. Переоденься и умойся, а то ты не лучше тех страховидл.

Старик сказал и закрыл глаза. Дышал он с трудом и я боялась, что таблетки ему не помогут.

Сергей пошел мыться и переодеваться, а я пошла на кухню заваривать бабушкины травы. Она давала мне по одной порции своих эксклюзивных травяных смесей и всегда требовала, чтоб я ей рассказала, как их нужно применять в той или иной ситуации.

Пропорции были очень строгими, и я тщательно отмерила бабушкиной же мерной ложкой, нужное количество сердечного сбора и заварила настой. Пока травка заваливалась я посмотрела, что есть в холодильнике и в хлебнице, нашлись две булки серого хлеба и сыр с колбасой, я наделала бутербродов и завернув их в кухонное полотенце положила их в свой рюкзак, потом заварила сладкий чай в термос и тоже положила его в свой рюкзак. Потом пошла в комнату старика и собрала ему вещи на первое время в спортивную сумку какую можно носить через плечо.

Через двадцать минут я уговорила старика выпить настой и стала ждать. За этот травяной сбор, бабушку один местный богатей наградил машиной и новой крышей на ее доме. А еще и денег подкинул столько что бабушка отправила нас всех в отпуск в Европу. А местный начальник милиции взял всю нашу семью под опеку, настолько бабушкины травки им помогли. Вот и дед через пятнадцать минут с облегчением вздохнул и смог открыть глаза.

– Полегчало.

 – Удивленно сказал он, – А я уж думал все, пора белые тапочки надевать.

– Поживете еще. – Улыбнувшись ответила ему я и спросила, – Вас как зовут?

– Саныч я, так и зови Саныч, я уже давно Саныч. – Ответил он и вздохнув с облегчением посмотрел на свою собранную сумку. – Чего это?

– На всякий случай, – ответила я, – Вдруг еще какая пакость об дом потереться решит. Придется уходить, а мы уже собраны.

– Лидочкину фотографию надо положить, – Сказал Саныч.