Герцогиня тьмы

Вернувшись на место, где мы почувствовали засаду, я осмотрела свою группу и поняла, что расчет Броли был верным: эта небольшая операция отняла у нас слишком много сил, а до края болот было еще сутки пути.

– А не спеть ли нам колыбельную? – прошептала я. Эта мысль пришла мне в голову из подсознания, как будто кто-то подсказал мне, как нужно действовать. В последнее время я вообще часто стала получать подобные подсказки…

– О чем это ты? – недоуменно спросила Гарана, и, судя по взглядам моих товарищей, они тоже ничего не поняли, только герцог, судя по его слегка прищурившимся глазам, похоже, знал, о чем я говорю.

– Здесь может быть еще десяток подобных ловушек, и к концу дня мы можем израсходовать всю энергию, но если вложить ее один раз и с максимальной пользой, в виде песни-заклятия, то мы расчистим путь до самых топей.

– Что ж, это не сложно! – поддержал меня герцог и начал напевать мелодию.

Первой запела Регина, затем Стил, и я почувствовала, а затем и увидела поток энергии, струящейся от нас.

Мы запели все вместе, дабы заклятие не коснулось и нас.

Мы некоторое время летели над лесом, и лишь когда энергия в дисках начала иссякать, нам пришлось опуститься на мокрую землю возле самой топи.

И сразу же начались новые проблемы. Стил из-за утомления после управления дисками и своей невнимательности провалился в трясину. Вытаскивая его, Регина потеряла контроль над своей энергией и перерасходовала её, а герцог-командор умудрился упасть в ядовитые кусты, и уже через пять минут у него началось сильное раздражение на коже.

Пришлось останавливаться на ближайшем сухом островке и заняться восстановлением сил, сушкой одежды и лечением пострадавших. Регина вошла в транс, чтобы восстановить энергетический баланс, Стил отсыпался, укутанный нашими куртками, а командор, взяв «универсальную мазь от ядов из моей аптечки, удалился за кусты и попытался самостоятельно нанести ее на свое тело.

Видя, как он мучается, я еле сдерживала смех, и, решив сжалиться над ним, взяла из его рук мазь и растерла по его спине…

Вся кожа герцога была испещрена шрамами, но они не уродовали его красивое и сильное тело, как и лицо.

Медленными движениями я втирала мазь в кожу и чувствовала каждый шрам – образы, того, как они возникали на теле командора, один за другим являлись перед моими глазами, мне пришлось прекратить поток энергии от рук, и образы исчезли. Один из шрамов был особенно интересным: казалось, это медуза, въевшаяся в кожу и оставшаяся там навсегда.