В иной мир

Машка шла не выбирая дороги: ей было все равно куда идти, лишь бы подальше от человека, предавшего ее. Правду говорят, что большее всего может пнуть тот, перед кем ты раскрыл своё сердце!

Получасовой бег от самой себя привёл девушку в такую лесную глушь, что даже невозможно было представить о наличии таковой у окраины большого города.

Машка совершенно озябла. Мокрая и несчастная, она споткнулась ногой о небольшую корягу, незаметную среди густой влажной травы, и с размаху впечаталась лбом в ствол огромного дерева.

Резкая боль отрезвила девушку, вывела из морозного ступора. Потирая ушибленный лоб, Машка стала шарить растерянным взором по сторонам.

В поздних вечерних сумерках глухой лес выглядел пугающе! Ливень давно уже перетек в затяжной накрапывающий дождь, почти не проникавший сквозь густую листву раскидистых крон деревьев. Накатившее отчаяние дало попонять, что она совершенно заблудилась и жутко замерзала, что не помнила с какой стороны ноги её принесли в это место.

Страх накрыл её с головой.

Обхватив озябшие плечи посиневшими от холода руками, в надежде как-то согреться, Машка подошла к ближайшему огромному дереву и прислонилась к нему спиной. Небольшой рюкзак на спине уткнулся в шершавый ствол и послышался треск отслоившейся коры. Машка, потеряв равновесие, ввалилась в нутро ствола дерева, сердцевина которого когда-то, давным давно, была выжжена молнией. Отбив себе пятую точку, девушка кое-как поднялась на ноги и стала ощупывать неожиданный приют от непогоды. Внутри пахло застарелой гарью и прелыми листьями. Но было, как ни странно, тепло!

Поняв, что выбраться в потемках из лесу в таком состоянии ей не под силу, Машка решила заночевать в этом неожиданном приюте. Она сняла кожаный рюкзачок со спины, присела на кучу сухой листвы под ногами, когда-то нанесенной ветром через расселину в стволе, и стала шарить по карманам, в надежде найти миниатюрный фонарик – подвеску на ключах. Включив фонарик, девушка стала осматриваться.

Выжженное нутро столетнего дуба было в диаметре метра два.

Обугленная сердцевина ствола давным давно осыпалась, обнажив подточенные многочисленные ходы жуков – древоточцев. Посмотрев вверх, Машка увидела пару каких- то чёрных глянцевых коконов, свисающих с корявых сучков.

Тот, что находился слева, вдруг закачался в лучах яркого света и, развернувшись, подобно салфетке в руках ловкого фокусника, превратился в небольшую летучую мышь, недовольно прикрывающую мордочку кожистыми крылом.