Тайны человеческого мозга

Исследователь Майкл Газзанига полагает (хотя многие считают его теорию спекулятивной), что внешний мир и наша собственная личность постоянно подкидывают сознанию такие вопросы, на которые просто невозможно найти ответ, ведь никто из нас не обладает полным знанием и не является всеведущим. Поэтому левое полушарие (которое отвечает за речь и вербальное выражение мыслей) пытается как-то более или менее логично обосновать наши поступки и уверить нас самих в цельности личности, в правильности наших представлений о самих себе.

Другой исследователь мозга, Джулиан Джейнс, считает, что осознание целостности личности возникло с появлением письменности и первыми попытками самоанализа. По меркам исторической науки, это произошло сравнительно недавно – около трех тысяч лет назад. А до этого, по мнению Джейнса, человек обладал «бикамеральным» сознанием, когда полушария мозга иногда действовали независимо друг от друга. Причем, если речь генерировалась правым полушарием, а воспринималась левым, человек вполне мог принимать сигналы из глубин мозга как обращенный к нему глас богов (с точки зрения современной психиатрии – прекрасная иллюстрация симптомов шизофрении).

Во многих древних легендах и преданиях мы видим, как один бог (или дух) приказывал человеку что-то сделать, а другой советовал прямо противоположное. Это выглядит совсем как внутренний диалог сознания. Но люди, не способные к самоанализу, не могли как-то классифицировать внутренние голоса (бес нашептывает, ангел-хранитель предупредил-уберег) и просто повиновались им.

Джейнс был уверен, что человеческий мозг «еще более пластичен и более способен приспособляться к окружению, чем мы предполагали ранее… Мы можем допустить, что нервный субстрат сознания достаточно гибок для того, чтобы на основе обучения и культуры мог произойти переход от бикамерального мышления к самосознанию».

А вот как определял процессы, происходящие в мозге и формирующие нашу уникальную личность, исследователь Вернон Маунткасл: «…сенсорные стимулы вливаются в периферические нервные окончания, и их нервные копии отправляются в мозг, к великой серой мантии его коры, – образно писал он.

 – Мы используем их для создания динамичных и постоянно обновляемых нейронных карт внешнего мира, нашего места и ориентации в нем, а также происходящих в нем событий. На уровне чувства и ощущения ваши и мои образы по существу одни и те же, их легко идентифицировать путем словесного описания или по общей реакции.