Ловцы апокалипсиса. Тёмные владыки Абеллона

 – Чтобы, пчхи, мамонты вас всех растоптали! Пчхи!!!

Авантюрист с такой скоростью носился по цветочному лесу, будто ужален в причинное место.

– Мало того, пчхи, что они меня сделали красным, пчхи, так ещё осыпали чем-то голубым и липким, пчхи! – не унимаясь, кричал горе-путешественник. Он был настолько разъярён, что с его лица, покрытого красно-голубыми пятнами, тёмными бусинками злобно сверкали глаза. Казалось, из них огненными потоками, сейчас хлынет ярость. – А вы, пчхи, смейтесь, смейтесь! Когда вас, пчхи, будет аппетитно почавкивая пожирать местный крокодайл, пчхи, я буду также без остановки смеяться! А-а-пчхи!.

.

– А это ещё что такое? – растеряно, протянул Бартол. С его лица быстро улетучился смех, уступив место безграничному удивлению, превратившему его в каменную статую.

Гарри шокировано застыл с выпученными глазами и широко открытым ртом, из которого выскользнула на землю только на четверть выкуренная сигара. Его взгляд вонзился в порхающих под пологом цветочного леса небольших существ.

В это было трудно поверить, но это были хорошенькие миниатюрные девушки. Странные создания то выныривали, то вновь растворялись в пёстром своде из разноцветных лепестков. С невероятной лёгкостью они порхали между гигантских цветов. Их прозрачные крылья такие же, как у бабочек, только в несколько раз больше.

– Неужели перед нами самые настоящие мифические существа из сказок и легенд?! – не веря своим глазам, восторженно воскликнула шоколадка

– Не может быть! Да это же самые настоящие эльфы, вернее прекрасные эльфийки! – присоединился к восторженным возгласам латиноамериканец, от чудесного зрелища забыв даже о том, что похож на разноцветную кляксу.

Он довольно потирал руки, а на его лице застыла сладострастная улыбка.

– Несчастье ты наше, можешь даже и не думать, сам знаешь о чём! Я хорошо тебя знаю! Вечно воображаешь, что все жаждут тебя ублажать! – шикнула на вора Крассотка.

– А почему бы и нет, три тысячи триста тридцать три летающих в небе на разноцветных крыльях мамонтов!

– Да всё потому, что без сомнения здесь водятся упомянутые тобой крокодайлы, которые, скорее всего ещё и плюются огнём.

И ты даже не успеешь вытащить из штанов своё достоинство, лилипутских размеров…

– Вообще-то оно очень даже и немаленькое! Можно даже сказать огромное, клянусь святым мамонтом! – перебил флоридку Ловкач, озабочено бросив встревоженный взгляд вниз на штаны, будто хотел лишний раз убедиться в том, что там у него всё в полном порядке.