Ловцы апокалипсиса. Тёмные владыки Абеллона

Нас сюда втолкнули с криками и обещаниями, что страшная кара вскоре обрушится на наши головы. А ещё хмурые воины постоянно твердили, что мы скоро умрём ужасной смертью. Из того что я услышал можно сделать вывод, что это нам ничего хорошего не сулит. К тому же Феникс попала в беду, которая в разы больше! Её надо спасать и как можно быстрей…

– Подожди, подожди, – прервал друга латиноамериканец. – В чём эти мрачные вояки, невыносимо громкими криками, нас обвиняли? Я не понял? Мы даже при всём желании ничего ещё не успели совершить! Святые небеса рая мамонтов!!!

– Успокойся, тебе и этого хватит.

– Это чего?

– Считай. Во-первых, нас обвиняют в том, что мы со злым умыслом проникли в город. Во-вторых, что мы в союзе с тёмными силами. А в-третьих, что адские птицы с нашей помощью похитили их горячо любимую принцессу.

– Но мы, то здесь причём, железное терпение мамонта?!

– Не знаю, но именно мы завтра окажемся на площади, где нам запросто огромным топором с пребольшим удовольствием оттяпают головы, ну… или повесят.

– Чтооо??? – неистово вскричал Ловкач, отчаянно замахав руками. – Меня заочно к смертной казни приговорили в семи странах, но законникам так и не удалось на мою шею накинуть петлю! А тут какие-то железные чурбаны с замашками дикарей мне хотят отрубить голову! Свирепая мощь мамонта, определённо надо бежать отсюда и как можно скорей!!! Я даже согласен грызть дверь!!!

– Со стороны это может и кажется смешным, но сейчас явно нам не до смеха, – поднялась на ноги Лауллер.

Её пытливый взгляд в поисках выхода из темницы скользил по слаживающим стены сырым серым камням, плотно прилегающим друг к другу. – Надо искать способ выбраться отсюда! Кстати, схватившие нас воины никакие не железные. У них из железа только кольчуги, шлемы да мечи.

– Меня повесят! Чёрт, чёрт, чёрт!!! Вздернут, да и ещё за здрасте сказать!!! Или порубят на куски!!! Три тысячи триста тридцать три ведомых на бойню мамонтов!!! И плевать мне на то, сколько они на себя нацепили железа! – продолжал причитать латиноамериканец.

Вымещая ярость, он неистово топал ногами по покрывающим пол квадратным плитам.

Джим вдруг замолк, даруя ушам друзей долгожданную тишину. Произошло это в тот момент, когда он ощутил, что под подошвой, затёртой до дыр кроссовки, одна из массивных плит, давая надежду на спасение, слегка закачалась. Радость электрическим разрядом пронзила всё его существо.