Геункаон: Качаясь над цепями

Тяжесть навалилась на лицо. Кими открыла глаза и увидела, что блёстка заметно выросла и обзавелась длинным мерцающим хвостом, который лениво извивался из стороны в сторону. Нарастающая боль покусывала переносицу, расползаясь вверх широким веером. Кими выругалась и снова закрыла глаза. На ощупь найдя аптечную панель, она вытащила инъекционный пистолет и выстрелила прямо под скулу.

«Давно у меня не случалось приступов. Похоже, я огорчилась больше, чем казалось. Надо взять себя в руки. Око, смилуйся… дай мне сил…» – Кими коснулась плеча, сложив пальцы в виде оружия.

Мама учила её молитве Небесному Оку, говоря, что этот жест показывает мирные намерения. Однако сама молитва вылетела из головы, сдавшись адской боли, пронзившей в один момент её мозг насквозь.

Кими упёрлась лбом в подушку, свернувшись в один напряжённый комок, ожидая, когда лекарство подействует. Последствия такого приступа будут терзать её несколько дней. Но это ничто в сравнении с той болью, что накрыла сейчас. Время текло медленно, превращая секунды в минуты.

Счёт спасал, позволяя отвлечься, и Кими считала в обратку, начиная с пяти сотен. Ей ещё ни разу ей не удалось досчитать до нуля. Каждый раз, почувствовав облегчение, она сразу засыпала.

«Триста двадцать четыре, триста два-дцать три, три-ста два-два-дцать… м-м-м… один…, три…»

Утро пятницы оказалось кошмарным. Боль отступила, оставив после себя тяжёлые последствия: тошнота и ватные мозги превратили обыденные вещи в цепочку нескончаемых трудностей. Весь день прошёл в преодолении импровизированной «полосы препятствий».

И не смотря на все старания держаться в норме, Серёжка, а за ним и все остальные, заметили её «недомогание». Отнекаться не удалось, поэтому вечер пришлось провести в медицинском секторе. Как и раньше сканирование ничего нового не показало и причин плохое самочувствие не обнаружило.

Кими даже стало стыдно, что ребята могут посчитать её симулянткой. В конце концов, такое случается не первый раз. Машинам верят больше, чем словам человека.

Она так и видела скепсис в их глазах. По настоящему встревоженным оставался лишь Серёжка. Он так искренне волновался о ней, так забавно краснел, что Кими сама начала смущаться. Агни тоже выглядела обеспокоенной, но скорее всего дикому оборотню попросту не нравились медицинские запахи. Обернувшись рыжей кошкой, она уселась в дальнем углу лечебного модуля. Время от времени оттуда доносились звуки не то фырканья, не то чихания.

– Ты тоже выглядишь больным.