Неисправимая колония Анарам. Часть первая

Наши стражи вовремя вас спасли. Теперь вы на Анараме, в колыбели новой жизни. Добро пожаловать!

Девица жизнерадостно улыбнулась и принялась тыкать в голографический экран. Тут же со всех сторон подскочили медицинские дроиды. Эбенга невольно отстранилась.

– Полученные ожоги скоро затянутся, и следов от них почти не останется. Разве что немного нарушится пигментация, – не глядя на пациентку, радостно прощебетала Ифа. – Вы у нас кто? Ага, госпожа Рётенган, кухарка, направлена в западный район. Нет-нет, там сейчас неспокойно.

Задумчивость придала лицу девушки толику серьёзности. Вот только Эбенга, вернее уже Польга, никак не могла отделаться от чувства, что перед ней играющий в доктора ребёнок.

– Когда я смогу… – обратилась она к Ифе и замолчала. Голос звучал странно. Слишком тонко. Он совсем не походила на недавние хрипы.

– Мой голос… Ой…

– Не переживайте. Это всё здешний воздух. Скоро привыкните, – Ифа свернула голографический экран и присвистнула. Тут же дроиды, как домашние зверюшки, кинулись к ней ластиться.

Она пробежалась пальчиками по их яйцеподобным корпусам. Синие полосы на них сменились зелёными. Дроиды поджали лапки и шустро убрались в открывшийся в стене зазор.

– Отдыхайте. Хотя, – девчушка почесала подбородок, а после выудила из скрытого отсека в стене продолговатую коробочку с выпуклым «сосочком» в центре. – Вот вам пульт для воспроизведения учебного слайд-шоу. Рекомендую ознакомиться хоть с чем-то. Так вам будет легче вникнуть в Анарамскую социальную структуру общества.

Когда сформируется иммунитет от только что сделанных прививок. Не пугайтесь. Всё необходимое здесь.

Ифа ткнула пальчиком в «сосочек» пульта, и над больничной койкой появился панорамный экран. Он застрекотал, взяв в полукольцо Эбенгу, нет, уже госпожу Рётенган. Польгу Рётенган. Когда шум стих. На зелёном фоне стали появляться сине-чёрные символы.

«И почему именно «Польга»? Ненавижу!» – Эбенга вспомнила надменную женщину, равнодушно глядевшую на её слёзы.

Глухая к чужим мольбам, она даже бровью не повела при их встрече. Сопровождающий мужчина назвал её госпожой Польгой. Тогда Эбенга решила, что это фамилия, а оказалось имя, презираемое ей до омерзения.

«Она ведь тоже мать и должна понимать мои чувства, но нет…» – Эбенга с горечью заметила, что на Анараме ей теперь придётся откликаться на столь ненавистное имя. Откликаться и помнить. Помнить лицо той, что была столь безжалостна к ней и её сыну.