Арабелла

Моя новая знакомая не видела меня слабой и осмеянной, с вывернутой наизнанку сумкой или тупящей у доски. Для неё я Арабелла, а не та, чью фамилию, имя и личность я отбрасываю за пределами школы.

Подъеденные временем обои в коридоре, обитая кожзамом дверь и странный запах – вроде как лекарств и переваренного лукового супа. Если эта семья богаче нашей (любая богаче нашей), то ненамного. Родители Сирил на глаза не попадаются, и я не спрашиваю. Представляю, что они уехали в гости к друзьям, или в театр, или в ресторан.

Так бы я делала по выходным, будь я взрослой. Она никогда не ходит в гости, друзей у неё нет, не считая тёти Иры с третьего этажа, которая иногда даёт в долг, но это другое. Не могу представить её в кино или в театре – в любом месте, где с её лица сошло бы выражение напряжённой готовности к худшему.

Сирил знакомит меня с бабушкой. Милая старушка, как из рекламы молока, в фартуке поверх домашнего халата и в круглых очках, похожих на внучкины, на моё рассеянное «здрасьте» вручает тарелку печенья.

Я узнаю?, что Сирил в реале зовут Леной. Я смотрю на неё через призму настоящего имени, оно ей идёт так же, как ник. Не то что моё. Поэтому, когда бабушка Лены спрашивает, я называю имя, которое по праву считаю своим настоящим.

– Надо же! Арабелла! – восхищается она. – Как в кино!

Она возвращается к булькающим на плите кастрюлькам, напевая «Мария, Мирабелла», но я не понимаю, к чему это. Сирил смотрит на меня с таким же недоумением. Мы прыскаем от смеха и ныряем в её комнату.

Это рай, а не комната. Собственные стол, кровать и компьютер. Неужели я вечно буду испытывать стыдную зависть к единственным детям в семье? Не могу удержаться от сравнения: Сирил могла делить пространство с бабушкой за неимением сестры или брата, но взрослые поступились своим местом ради неё. На стене – постер из тех, что продаются в «Сорок два». Мэгги. Чёрная на фоне голубой стены, она сразу бросается в глаза. Явно никто не запрещает Сирил «портить обои». На вешалке за дверью висит бордовая гимназическая форма, как из кино про частные школы.

Из окна комнаты видно двор, заставленный машинами, а если присмотреться, между домами будет виден краешек моего. Надо не забыть сказать Сирил. Представляю, как по вечерам мы перемигиваемся светом, и у меня теплеет в животе.

Не сговариваясь, двигаем экран компьютера к бортику кровати, а сами ложимся на животы – тарелка печенья между нами – и через минуту забываем обо всём.