Арабелла

Коричневое поле уже покрылось ростками весны. Пахнет сыростью и божьими коровками. Сапоги вязнут в грязи, но я не останавливаюсь, ты бежишь следом, мягко, как пёрышко, – так эльфы касаются ногами земли. Догоняешь и салишь меня без труда, навылет сквозь куртку. Плетёмся до подножия вышки и садимся передохнуть на нижней опоре. Железяка холодная, но хотя бы об неё никто не вытирал ноги. Черёмуха ещё не дала цвета, но скоро здесь будет не продохнуть. Провода гудят на соседних, исправных вышках тысячей мегаватт.

Я невольно думаю, что стоит одному оторваться, упасть в сторону – и от меня останутся уголёчки. В момент, которого хватает на один удар моего сердца, я мечтаю, чтобы так и случилось, но быстро отпускаю эту мысль по ветру – ты можешь услышать.

Это всего лишь глупая земная контрольная, не переживай так.

«Всего лишь» может испортить мне жизнь.

Не думаю, что одна двойка сломает тебе судьбу.

Если бы одна…

Окей, тогда подумай, что ты будешь с этим делать.

Какой у нас план?

План? План? Наш план – не даться на абордаж тяжёлому крейсеру млоков! Попробуй догони теперь!

Так нечестно!

Подошвы отрываются от земли, разбрызгивая грязь на юбку. Только сумка, кажется, привязывает меня к земле, чтобы я не взмыла воздушным шариком. Ты бросаешься следом, догоняешь у подъезда. Хватаешь за руку – словно ветер проходит сквозь ладонь. И сразу исчезает. Я счастлива.

?

В пустом коридоре моя радость гаснет, как перегоревшая лампочка.

Но я прислушиваюсь и понимаю… в квартире ни-ко-го!

Когда она дома, это слышно, как присутствие дракона в пещере. Тяжёлое дыхание в маленькой комнате, клацанье компьютерной мышки и тра-та-та по клавиатуре, словно расстреливают кого. Но стоит подойти ближе, и оказывается, что это я мешаю, а не наоборот. «Чего тебе? Я занята». Днём стараюсь затаиться. Делаю уроки, думаю о тебе, как-то доживаю до вечера.

Дни тишины никогда не предугадать, поэтому нужно пользоваться ими на всю катушку.

Это всего лишь отсрочка от казни, но я давно уяснила, что мгновения счастья особенно прекрасны, когда их конец предвидишь заранее. Бросаю сумку в угол и приступаю к операции «Одна дома».

Открываю ящик стола, пытаясь не шуметь, хотя никто не услышит. Карандаши на поверхности лежат, выровнены по линейке. Буквально. Сдвинешь один – потом воплей не оберёшься.