Рудаганд

Пёс сощурил глаза, но это не помешало ему узнать песчаные насыпи незнакомого полигона. Небо над головой Боргеста расчертило следами выстрелов. Где-то рядом шёл бой, возможно, между рудагандами.

Риппер погнал пса взглянуть, что происходит. И вот каменные глыбы, которым люди придали вид оружия сцепились неподалёку. Глазами демонической собаки парень видел их суть. Видел их жалкие потуги победить толпой лишь одного, того что пробудился, но лишь наполовину. Что значит «пробудиться» Риппер не знал, но подсознательно ощущал дремотный застой в каменных глыбах.

И вот победа осталась за тем, кого нитерудная система распознала как «Триада Яшэр». Четыре рудаганда валялись рядом с ним. Поверженные. Разбитые. Изничтоженные!

Боргест занервничал. Псу не терпелось поиграть с кем-нибудь, и Риппер дал ему такую возможность. На полусогнутых лапах, он мелко засеменил к месту схватки. Когда расстояние заметно сократилось, «Триада Яшэр» развернулся к нему. Риппер интуитивно пригнулся, после лёг на живот и стал подкрадываться.

Боргест поступил так же.

Противник покрутился на месте, а после двинулся навстречу собаке. Видимо, решил проверить догадку или же сразу вступить в бой. Риппер ждал… Вот расстояние сократилось до прямого выстрела из крупнокалиберных орудий.

«Триада Яшэр» остановился. Он словно не мог решить, нападать ему или обороняться. Такое замешательство, казалось, на руку Боргесту. Пёс рванулся с места. Прыжок, и вот уже огромный чёрный зверь срывает когтями твёрдые пластины.

Он словно роет нору к сердцевине каменного монстра. Попеременно помогая себе то клыкастой пастью, то заострёнными шипами на концах тройного хвоста, адский пёс вгрызался внутрь.

Но тут в мохнатую холку вцепилась гигантская пятерня и точно щенка вышвырнула Боргеста прочь. Риппер пытался понять где небо, где земля. В голове всё пошло кругом. Захотелось выставить перед собою руки и встать. Вот только что такое? Он не мог разобраться сколько у него конечностей в итоге. Хост, лапы, ноги, руки, головы…

А между тем махина «Триады Яшэра» уже настигла пса и колошматила его от души.

Риппер не чувствовал боли. Нет, его охватил странный жар лихорадки. В ушах затрещало, а во рту так пересохло, что казалось, будто язык расплавился и вытек.

Отчаяние и желание жить сплелись в сознании в единый клубок. Боргест вцепился в «Триаду Яшэра», но тот легко его отбросил. Ещё удар. Свет больно резанул по глазам и наступила тишина. А следом пришёл мрак.