Доберман

Райз задрожала от одного только поцелуя, и ей стало из-за этого стыдно.

Наверное, Клейн привык действовать с девушками именно так: прямо и быстро. Похоже, ему и в голову не приходило, что девушкам не нравится, когда их домогаются. Что за дикарь.

Мира больно укусила Адриана в ответ. Он отстранился, слизывая каплю крови с раненой губы.

Клейн с наслаждением рассматривал Миру. Лицо ее покраснело, губы опухли. Ей с трудом удавалось совладать со сбившимся дыханием.

Какая милашка, подумал он и улыбнулся.

– Вкусно?

– Тошнотворно. Куда блевать? – едва выдавила она. – Перестань целовать меня просто так. Этого нельзя делать!

– Почему? – искренне удивился Клейн. – Я вижу, как тебе понравилось. Я чувствовал, как билось твое сердце. Грудь у тебя небольшая, поэтому это было несложно ощутить.

Мире стало обидно от подкола, и она стукнула Адриана в плечо.

– Ничего не маленькая!

Он развел руками.

– Ну, не знаю, давай перепроверим…

Он подошел к Мире вплотную и склонился к ней.

Она отвернулась, чтобы уйти, но Адриан насильно повернул ее лицо к себе. Когда он вновь впился в ее губы, Мира чувствовала, как у нее подгибаются колени. Ладонь Адриана скользнула на ее грудь и слегка сжала. Мира не выдержала и тихо-тихо вскрикнула. Это уже слишком.

Парень самодовольно ухмыльнулся:

– Я же говорил.

Ей стало жутко некомфортно. Проходившая мимо них пожилая женщина недовольно крикнула:

– Эй вы! Постыдились бы такое делать на улице!

На улице было достаточно темно, но она как-то их увидела.

Адриан резко отскочил от покрасневшей Миры.

– Тетушка, эта извращенка домогалась меня! Уж не знаю, куда деться, – наигранно произнес он, словно испугавшись.

У Райз едва челюсть не отвисла. Женщина выругалась и проковыляла куда-то. Адриан пожал плечами.

– На улице темень такая, а она все равно увидела. Держу пари, эта старуха специально искала, кого бы прижучить. Согласна?

Мира сжала кулаки и топнула ногой.

– Не согласна! И вообще, отстань от меня! Нормальные люди не целуют других просто так!

– Но мы не нормальные люди, Мира, – выдохнул он.

 – И я могу делать с тобой все что угодно. Сегодня я тебе это продемонстрировал.

– Ты животное, – проскрипела она зубами.

– Правильно, – кивнул Клейн. – Я – Доберман, мне чуждо все человеческое. Я делаю, как нравится, и мне плевать на мораль. И беру то, что хочу. Захочу – возьму даже тебя. Нет. Уже взял.

Сердце Миры забилось чаще.