Артуро и единорог

Это был очень важный день, поскольку отец Артуро продавал там свою часть собранного урожая и покупал детям какой-нибудь каштановый пирог в кондитерской, кусок ткани на платье для мамы, немного красного вина для себя и дедушки и косточку для Тени. Дети носились по улицам Бергамо вместе с детьми других крестьян, приехавших продать свой урожай. В тот день покупали также поросёнка, чтобы в течение двух лет откармливать, а после наделать из него колбас и колбасок, которые семья будет есть целый год.

Природа была настоящей хозяйкой их жизни, определяя её ритм и удачу.

Иногда она бывала благосклонной и дарила богатый урожай, если погода была особо хорошей. В другой раз погода могла быть хуже, слишком дождливой или слишком сухой, слишком жаркой или холодной. Тогда урожай получался скудным, и приходилось затягивать пояса: на десять голодных ртов еды не хватало. Но в общем и целом жили просто и хорошо в окружении низких холмов и чудесных красок, менявшихся со сменой времён года.

Голод

Порой же природа бывала необычайно сурова, просто так, безо всякой причины.

Однажды был страшный неурожай, то есть выпало так мало дождей, а летом стояла такая жара, что собрали вполовину против обычного. Земля превратилась в пыль и липла к потным телам крестьян, которые изо всех сил старались спасти хоть что-нибудь. После сбора урожая отец Артуро сразу увидел, что не сможет кормить семью весь следующий год. Тогда он решился попросить маркиза забрать немного меньше половины, а разницу возвратить в следующий раз.

Ранним утром он отправился в Бергамо на своей тележке, запряжённой ослом. Два часа спустя он въехал в город через ворота Сан-Джакомо в только что достроенных городских стенах, до сих пор окружающих город, и направился ко дворцу маркиза. На вершине ворот был изображён символ Венецианской республики – крылатый лев, который так нравился Артуро.

Дверь открыл Убальдо, старый мажордом маркиза.

– Доброго здоровья, Бонтемпи, что вы здесь делаете? Мы вас не ждали, – сказал он, глядя на отца Атуро сверху вниз.

Убальдо работал на Треколли уже двадцать лет и отвечал за всю прислугу во дворце. На нём была тёмно-красная ливрея, уже немного поношенная, так как маркиз давно не покупал ему новую.

– Мне нужно видеть Его сиятельство по срочному делу, – ответил отец. – Вы знаете, что в этом году страшный неурожай.

– А, я так и думал. Вы не первый, кто приходит со странными просьбами, Бонтемпи, однако не стройте иллюзий, вы же знаете маркиза.