Караван

Товар смотреть не стали, хотя по коврам хорошенько похлопали, будто прощупывая. Кейек отошел, но недалеко, остался рядом на всякий случай. Почему-то он тоже волновался за своего пассажира. Наверное, тот излишне нервничал и передал свое настроение другим.

– Ваше имя?

– Хетт из Феликса.

– Что везете?

– Посуду, кафель и это…

Кейек чуть не начал подсказывать: «Одежду, дурак!» Хетт вспомнил сам:

– …и одежду.

– Одежда для кого?

– Для людей.

– Понятно, что не для верблюдов. Мужская, женская?

Кейек понял, что Хетт не знает ответ на этот вопрос.

– Постельное белье вы считаете мужской или женской одеждой?

Получилось, что Хетт не ответил на вопрос. И хорошо, что проверяющий не прицепился к этому. Потому что если бы он вскрыл тюки с одеждой, он не обнаружил бы там никакого постельного белья.

– Давно ездите?

– Это моя восемнадцатая поездка.

– Куда направляетесь?

– У меня торговая точка в Футиене, в Северных землях, близ Территории Нейтралитета.

– Ездите всегда одним и тем же караваном?

– Да.

– Кто-нибудь может поручиться за вас?

– Конечно. Любой может поручиться за меня. Вот, например, Кейек.

Хетт махнул на него рукой. Кейек сделал вид, что разговор не слушал, и только сейчас увидел, что на него обратили внимание. Он сделал большие глаза, как будто бы спрашивая: «Про меня говорите?»

Проверяющий не стал спрашивать его поручительство.

– Проезжайте. Следующий!

Кейек думал, Хетт сейчас расслабится или хоть как-то покажет, что он прошел это испытание. Нет, он так же гордо прогарцевал мимо него, словно никакая гора с его плеч не сваливалась. Кейек пристроил своего верблюда рядом.

– Ну как? – спросил он.

– Нормально.

– Можно забирать своих верблюдов назад?

– Да.

Разговор был окончен. Кейек отъехал от него. «Хоть бы спасибо сказал», – с неприязнью подумал он.

Кейеку всегда нравилась Сетха. Особенно девочки. Многие из них были приезжими, потому что прослышали о том, что здесь можно заработать.

Почти все торговые пути проходили через Сетху. Те, кто только выезжал из Феликса, еще не хлебнули трудностей пути и воображали дорогу приключением. А разве может быть приключение без девочек? И наоборот, те, что проделали трудный путь и были почти у цели, могли теперь расслабиться и позволить себе развлечься.