Караван

Разве не заметно, что он очень нервный? Переживает, бедняга, за своих.

– Знаете что, ребята, – сказал Урумхе. – Давайте не будем его донимать своими расспросами. Нам еще долго ехать вместе. Надо будет – он сам нам расскажет. А так – ему и сказать будет нечего. Он же сам не знает, что с его семьей.

С ним согласились. Сказали, что это печально. И очень плохо, что человек еще долго не будет знать, что с его семьей. И что телефоны – изобретение землян, позволяющее поговорить с другим человеком хоть на другом конце планеты – нужны не только высокопоставленным чиновникам и богатеям, но и простым людям.

Многие уже разошлись спать, и можно было поискать себе девочку. Но вдруг дверь в бар открылась, и сюда вошли новые посетители.

Кейек узнал Пайакохху. Это была женщина-легенда. Обычно торговцами были мужчины, потому что перевозить товары – дело тяжелое. Очень редко среди них были женщины, которых нужда заставляла заниматься тяжелым трудом. Совершив две-три поездки, эти женщины обычно выдыхались и оставляли это дело.

Либо говорили, что заработали достаточно, и больше они этим заниматься не будут.

Пайакохха была особенной. Казалось, ей доставляет удовольствие взвалить на себя мешок и пронести его несколько метров. Ради забавы она может разгрузить караван верблюдов. И играючи пройтись от одного конца планеты до другого, таща на своих плечах неимоверные тяжести.

Когда-то она ходила в караван с мужчинами-торговцами. А потом сколотила вокруг себя отряд женщин, таких же, как она.

Правда, им до нее было далеко. И мышцы у них были не так накачаны, и волосы они хотя бы изредка причесывали. Сама Пайакохха не была похожа на женщину в прямом смысле слова: накачанные руки, коротко остриженные волосы, ни следа косметики на лице. Мужчины считали ее за своего парня. Но когда она вливалась в мужской коллектив, ей оказывали знаки внимания как настоящей леди.

Вот и сейчас Кейек и Урумхе начали приглашать их за столик.

– Девочки, давайте к нам, мы платим!

Кейек подумал, что если бы это слышал Янхе, ему бы очень не понравилось такое транжирство.

Хорошо, что он ушел спать. А другие караванщики позавидовали этому столику: к ним пришли дамы, а к тем нет. По крайней мере, Кейек чувствовал приступ гордости. Он чувствовал, что взгляды других устремлены за их столик. И когда он спрашивал Пайакохху, как дела, он специально положил руку ей на плечо.

А та как будто бы не заметила этого.