Баба-яга в тылу врага, или Как выжить в каменных джунглях

Таких ещё называют вислоухими. Через плечо Кота был перекинут ремешок, на котором висела жёлтая сумочка. Причём бежал он на двух задних лапах, тяжело дыша и высунув кончик языка. Глаза его янтарного цвета с огромными зрачками были круглыми, как у совы.

Федька от неожиданности грохнулся с самоката и растянулся прямо посередине арки.

Послышался рёв сирены. Кот встал наконец, как и положено коту, – на четыре лапы, прижал и без того прижатые уши и стремительно кинулся через двор в проём между домами.

Сумочка от такого виража запрыгала на мягкой спине, и на повороте из неё вывалилась небольшая книжечка. Скользнув по гладкому асфальту, книжка исчезла под чьим-то маленьким розовым автомобилем.

Сирена приближалась. В арку со страшным воем и подмигивая рыжей лампочкой на крыше въехал маленький грузовичок-фургон. Быстро ехать он не мог, так как в арке тоже приютилась парочка машин.

На фургоне было коротко и ясно написано – ОТЛОВ КОТОВ.

Котам в Змеегорске было запрещено появляться на улице. По телевизору сказали, что у них эпидемия то ли лишая, то ли ещё чего. В официальном сообщении говорилось страшным голосом: «Уважаемые змеегорцы! Если на улице вы заметите котёнка – нужно немедленно сообщить куда следует. Его заберут и отвезут в ветлечебницу на процедуры». Котёнка! А тут – целый Кот! Да ещё какой! Огромный, лоснящийся! И совсем было непохоже, что он чем-то болеет.

Ещё и бежал на двух ногах, как человек, – и с сумочкой через плечо.

Из машины тем временем вылез длинноносый дяденька с серыми бегающими глазками и в серой же кепке. Он был немного сутулым и чем-то напоминал крысу. Второй был очень похож на него и в такой же кепке. Он остался за рулём.

– Эй, дети! Кот куда побежал? – грозно спросил дяденька-крыса.

– Я н-не видел. Я… вот упал из-за него даже. У-у, больно! – Федька громко шмыгнул носом и потёр ушибленную коленку.

– А ты видела?

Дяденька злобно посмотрел прямо в широко открытые глаза Матильды. Казалось, он видит её насквозь. «Врать или не врать?» – мучилась Матильда, снова начиная предательски краснеть.

– Да она тоже ничего не успела понять! Вон как испугалась, бедная! Говорить не может! – Федька положил руку ей на плечо.

Матильда даже испытала к нему чувство благодарности.