Шесть лет

– Что за…

Он пропитан водой! Перехожу от совмещенной со столовой гостиной, где до сих пор валяются безделушки, горы книг и стоит стол из красного дерева, к кухне, где безуспешно ищу прорвавшуюся трубу.

– Видимо, вода бежит с чердака, – Брис указывает на еще одно пятно на потолке.

– Водонагреватель, – вспоминаю я, заметив дразнящий меня люк.

Вода, должно быть, капала с чердака и просачивалась сквозь стены на пол… Только этого мне не хватало!

– Там много повреждений! – восклицает Брис, двигаясь вперед, как и я, навстречу катастрофе.

Я киваю, когда он отходит в другую комнату, чтобы позвонить.

Размещаю все, что могу, повыше: стулья на стол в гостиной, книги со дна книжного шкафа, видеомагнитофон на подставку для телевизора. ВИДЕОМАГНИТОФОН? Эта штука, наверное, уже не работает!

– Знакомый придет через десять минут, – вернувшись, обнадеживает меня Брис. – Он проверит, в чем дело, можно ли отремонтировать водонагреватель или нет.

– Как будто мне мало забот…

Я провожу руками по лицу, а затем по задней части шеи. Неожиданно объем работ по ремонту лавки и квартиры моей бабушки кажется огромным. И я совсем одна. Теперь работа займет больше времени. О том, чтобы спать здесь, не может быть и речи.

– Тебе есть где переночевать? – спрашивает Брис, как будто прочитав мои мысли.

– Нет. Я планировала заселиться сюда и приступить к делам… Но, вижу, мне придется снять номер в гостинице.

– Или можешь пойти к нам. Мы просто выселим Рафа из его комнаты.

– Ты все еще живешь с родителями?

– Ага…

Он чешет затылок, немного смущаясь.

– Мама чувствует себя не очень хорошо. Мы с Рафом решили остаться дома, пока ей не станет лучше.

Его мама… Я помню, как чуть больше восьми лет назад мы узнали, что у нее рак. В итоге Раф расплакался в моих объятиях. Вердикт врача был однозначным: рак груди, операция по удалению и по возможности хирургическое восстановление.

Мне было грустно, точно речь шла о моей собственной матери, грустно за эту женщину, которую лишили части ее женственности и которая испытывала страх. Их мать – воплощение доброты. Борец и труженица, она жертвовала собой ради своих детей. Такой исход был несправедливым. Жизнь так часто бывает несправедлива. Тем не менее, когда я уехала, у нее была ремиссия.

– Она все еще болеет?

– Да, – вздыхает Брис.