Однажды над городом. Роман

– Я знаю, какое у неё бывает лицо, когда она что-либо настоятельно требует, я знаю свою жену, – Имран по-доброму улыбнулся, ещё раз вспомнив жену.

– Чтобы я за тобой приглядывал, а ты не взболтнул лишнего, то есть попросту не возмущался, – Ариф рассмеялся и стукнул шутя друга кулаком по плечу.

– Меня поручили тебе? – удивился Имран. – Надо же… какой у меня попечитель… Хотя она, может, и права. Как тут не возмутиться, зачем нам, бакинцам, эта война, Европа в очередной раз бесится, а Сталин воображает из себя римского императора нищенской страны.

Нам не с кем и нечего делить. Мы маленький народ, и нам эта война ни к чему.

– Тише говори, услышат, – тихо, но настоятельно прошептал Ариф. – Не хватало нам вместо военкомата оказаться в НКВД.

Имран отмахнулся от слов друга:

– Немцы нам, азербайджанцам, ничего плохого не сделали. Вспомни бакинских немцев, они живут в Азербайджане более ста лет и никаких претензий – ни у нас к ним, ни у них к нам. Ты видел, как они живут, какие у них деревни, культура?! Нам бы у них поучиться, а не воевать с ними.

– Но Гитлер не такой немец, – возразил Ариф. – Он псих, ты же слышал, что он говорит и вытворяет, одни факельные шествия чего стоят. Думаю, он опасен. И потом, Имран, война уже началась, гибнут люди, и твои слова бессмысленны.

– То-то и оно, что погибают, а кого больше гибнет? – Имран замедлил шаг и придержал друга. – Советских солдат, обманутых пропагандой, якобы Красная армия, от тайги до британских морей, всех сильней.

Чушь собачья! Да у этой власти оружие на всех не хватает, в то время как у немцев есть все виды вооружения, от современной бронетехники до самой сильной в мире авиации. Не зря они с Европой так быстро разобрались и за четыре месяца дошли до Москвы. А почему?! Да всё потому, что власти врут, постоянно врут, чтобы войной усмирить, удержать народы в этом национальном котелке под названием Советский Союз. Ненавижу я эту власть, подлую и лживую.

– Имран! Говори потише, – Ариф вновь забеспокоился. – Повсюду уши. Правильно говорила Сурая: язык твой – враг твой. И теперь моя проблема.

Имран изменился в лице. Смутился:

– Напрасно она так думает обо мне, я не враг своей семье.

– Если не враг, тогда держи язык за зубами, – Ариф проявил небывалую ранее строгость, что удивило Имрана.

Потом друзья шли молча. Имран переваривал слова жены, а Ариф сожалел, что не теми словами одёрнул друга.