Пожиратели душ

Зайдя в помещение, Спенсер безуспешно искала знакомый силуэт ребенка. И каждый раз, ошибаясь, поддавалась панической атаке. Кровь приливала к голове все интенсивнее, от чего казалось, что девушка вариться заживо.

– Билли! – попробовала Спенсер также крикнуть, но имя ее сына утонуло в общем хоре.

– Малыш! – крикнула она еще, но уже более приглушено, так как к горлу подступил ком, и по щекам молодой матери потекли слезы. – Билли!

Обстановка вокруг давила, Спенсер бесило то, что людей было слишком много, кто-то был знаком ей, кого-то она не знала, и все они что-то кричали.

В подвале было много пыльного хлама, сломанных шкафом, стеллажей со старыми книгами, и Спенсер не могла разглядеть никого, в глазах начинало мутнеть.

Как только Спенсер была готова рухнуть на колени от бессилия и нахлынувшей головной боли, она почувствовала, как ее грубо встряхнули. Открыв глаза, Спенсер увидела воспитательницу Билли. Ее взгляд голубых глаз был жестким и ледяным. Она стояла, как валькирия на поле битвы.

Только на ней было цветное платье, вместо доспехов. Но высота ее роста и растрепанные светлые волосы, в купе с суровым взглядом, подействовали на Спенсер освежающе трезво.

– С Билли все хорошо, придите в себя! – грозно приказала она.

Спенсер растерянно посмотрела на женщину, и лишь затем до нее дошли ее слова.

– Где он? – зашептала ее губы беззвучно.

Воспитательница взяла Спенсер за руку и подвела вглубь подвала, где у стены сидели напуганные дети.

– Мама, – истерично крикнул Билли, подбегая к своей маме.

Обычно лицо ребенка Спенсер было озорным и дерзким за счет черных как угли глаз. Это были глаза Спенсер, хотя на ней они давали ровно противоположный эффект. Когда смотрел на кого-то Билли, люди говорили, что он будто в душу смотрит. Однако сейчас ребенок просто заплакал при виде Спенсер. Ему было страшно, как и остальным. А родитель, находящийся рядом, давал волю чувствам, которые держались внутри.

Спенсер крепко прижимала худое тельце ребенка, оглядывая других детей более трезвым взглядом.

Никто из детей не выглядел пострадавшим, но немая мольба в глазах, напряжение в детских пухлых личиках не отпускало панику.

– А где моя мама? – плакали дети. С приходом каждого родителя, оставшиеся дети выглядели более печально.

– Заткнуться бы всем, – нервно пробормотала Елена, воспитательница. Она стояла возле Спенсер, где та растерянно смотрела на нее снизу вверх, все еще обнимая сына.