Басни

«Какие простаки! –

Твердит красавица, – по них ли я невеста?

Ну, право, их затеи не у места!

И не таких я женихов

С двора с поклоном проводила;

Пойду ль я за кого из этих чудаков?

Как будто б я себя замужством торопила,

Мне жизнь девическа ничуть не тяжела:

День весела, и ночь я, право, сплю спокойно;

Так замуж кинуться ничуть мне не пристойно».

Толпа и эта уплыла.

Потом, отказы слыша те же,

Уж стали женихи навёртываться реже.

Проходит год,

Никто нейдёт;

Ещё минул годок, ещё уплыл год целой:

К ней свах никто не шлёт.

Вот наша девушка уж стала девой зрелой.

Зачнёт считать своих подруг

(А ей считать большой досуг):

Та замужем давно, другую сговорили;

Её как будто позабыли.

Закралась грусть в красавицыну грудь.

Посмотришь: зеркало докладывать ей стало,

Что каждый день, а что-нибудь

Из прелести её лихое время крало.

Сперва румянца нет; там живости в глазах;

Умильны ямочки пропали на щеках;

Весёлость, резвости как будто ускользнули;

Там волоска два-три седые проглянули:

Беда со всех сторон!

Бывало, без неё собранье не прелестно;

От пленников её вкруг ней бывало тесно:

А ныне, ах! её зовут уж на бостон!

Вот тут спесивица переменяет тон.

Рассудок ей велит замужством торопиться:

Перестаёт она гордиться.

Как косо на мужчин девица ни глядит,

А сердце ей за нас всегда своё твердит.

Чтоб в одиночестве не кончить веку,

Красавица, пока совсем не отцвела,

За первого, кто к ней присватался, пошла:

И рада, рада уж была,

Что вышла за калеку.

Оракул

В каком-то капище был деревянный бог,

И стал он говорить пророчески ответы

И мудрые давать советы.

За то, от головы до ног

Обвешан и сребром и златом,

Стоял в наряде пребогатом,

Завален жертвами, мольбами заглушён

И фимиамом задушён.

В Оракула все верят слепо;

Как вдруг – о чудо, о позор! –

Заговорил Оракул вздор:

Стал отвечать нескладно и нелепо;

И кто к нему зачем ни подойдёт,

Оракул наш что молвит, то соврёт;

Ну так, что всякий дивовался,

Куда пророческий в нём дар девался!

А дело в том,

Что идол был пустой и саживались в нём

Жрецы вещать мирянам.

И так,

Пока был умный жрец, кумир не путал врак;

А как засел в него дурак,

То идол стал болван болваном.

Я слышал – правда ль? – будто встарь

Судей таких видали,

Которые весьма умны бывали,

Пока у них был умный секретарь.