Басни

Державиным Хемницер попал в литературный кружок, став одним из его деятельных участников, и создал свои первые поэтические произведения.

В баснях Хемницер выражал свои жизненные взгляды, общественные и философские принципы. Учителем его был не популярный Лафонтен (хотя у Хемницера есть вольные переводы и его басен – например, «Кузнечика и Муравья», восходящей к одноимённой басне Эзопа, – басня «Стрекоза»), а немецкий философ-моралист и баснописец Христиан Геллерт (1715–1769) (на его сюжеты написаны, к примеру, «Слон и чиж» и «Кукушка и орёл»).

Хемницер первым ввёл в лексику басен характерные для народной речи слова и обороты. Например, слово-обращение «свет», которое потом так полюбил Крылов: «Ну, – говорит, – узнай, мой свет…» Кроме того, многие басни Хемницера и по своему замыслу и сюжету предваряют произведения великого русского баснописца.

Портрет И. И. Хемницера работы Н. И. Поливанова по гравюре А. Г. Ухтомского с рисунка И. Иванова. 1854–1858

Соловей и чиж

Был дом,

Где под окном

И чиж и соловей висели

И пели.

Лишь только соловей, бывало, запоёт,

Сын маленький отцу проходу не даёт,

Всё птичку показать к нему он приступает,

Которая так хорошо поёт.

Отец, обеих сняв, мальчишке подаёт.

«Ну, – говорит, – узнай, мой свет,

Которая тебя так много забавляет?»

Тотчас на чижика мальчишка указал:

«Вот, батюшка, она», – сказал,

И всячески чижа мальчишка выхваляет:

«Какие пёрушки! Куды как он пригож!

Затем ведь у него и голос так хорош!»

Вот как мальчишка рассуждает.

Да полно, и в житействе тож

О людях многие по виду заключают:

Кто наряжён богато и пригож,

Того и умным почитают.

Стрекоза

Всё лето стрекоза в то только и жила,

Что пела;

А как зима пришла,

Так хлеба ничего в запасе не имела.

И просит муравья: «Помилуй, муравей,

Не дай пропасть мне в крайности моей:

Нет хлеба ни зерна, и как мне быть, не знаю.

Не можешь ли меня хоть чем-нибудь ссудить,

Чтоб уж хоть кое-как до лета мне дожить?

А лето как придёт, я, право, обещаю

Тебе всё вдвое заплатить».

«Да как же целое ты лето

Ничем не запаслась?» – ей муравей на это.

«Так, виновата в том; да что уж, не взыщи:

Я запастися всё хотела,

Да лето целое пропела».

«Пропела? Хорошо! поди ж теперь свищи».

Но это только в поученье

Ей муравей сказал,

А сам на прокормленье

Из жалости ей хлеба дал.