Башня с воспоминаниями

Кусая губу, Нэнси смотрела на шнурок колокольчика: позвонит мама или нет? Но оказалось, что звонить не было необходимости: дверь открылась, словно их прибытия ждали в эту самую минуту.

Мать проскользнула в полуоткрытую дверь и пальцем поманила девочек за собой. Виолетта потными пальцами взяла старшую сестру за руку. Нэнси крепко стиснула маленькую ладошку и внезапно разволновалась перед встречей с дедушкой. Часто дыша, она переступила через порог и оказалась в лавке.

Внутри путешественниц встретило тусклое освещение и смешение ароматов: цветочное мыло, экзотические травы, специи, резкие запахи масел и уксуса.

Нэнси увидела низенького мужчину с аккуратно подстриженными седеющими волосами, жидкими усиками и в очках с золотистой оправой. Он сжал одетые в перчатки руки матери.

– Шарлотта. Моя дражайшая дочь. Я никогда… никогда… не ожидал…

– Тихо, отец, – твёрдо произнесла мама. Она высвободила руки, закрыла дверь за дочками и, повернув в замке ключ, положила на прилавок. – Пока ты ничего не сказал, я проясню, что у меня не было другого выхода: пришлось взять девочек с собой.

 – Голос у матери дрогнул, и Нэнси заметила, что рука, которой она суетливо пыталась расстегнуть пуговицы перчатки, дрожала. – Виолетта, Нэнси, поздоровайтесь с дедушкой.

Новый родственник с наморщенным от тревоги лбом и широко раскрытыми глазами посмотрел на девочек, а затем снова на их мать.

– Ты должна была приехать одна, – сказал он.

– Я помню, что ты в письме просил меня об этом, – ответила мать, наконец сняв перчатки, – но их отец не может о них позаботиться.

Я велела девочкам сидеть в доме, чтобы их никто не видел.

Нэнси с любопытством посмотрела на мать. Значит, она получала от своего отца письма. Тем более странно, что они никогда не слышали о нём.

Пожилой мужчина нахмурился ещё сильнее.

– Ну, раз уж вы приехали вместе, ничего не поделаешь. – Он осторожно шагнул к Виолетте и пожал ей руку, как делают на деловых встречах. Девочка широко улыбнулась, но дедушка не ответил ей тем же.

 – Она похожа на тебя, Шарлотта, – угрюмо заметил он, повернулся к Нэнси и окинул её взглядом с ног до головы, словно оценивал, можно ли доверить ей важное поручение. – Что ж, – наконец произнёс мужчина, и глаза его внезапно увлажнились. Он вынул из кармана большой (и довольно грязный) платок, шумно высморкался и сунул его обратно. А после сжал руки Нэнси в своих. Костяшки его пальцев были узловатые, словно кора дерева, но кожа мягкой и прохладной.