Беглец (сборник)

 – А как это называется?

Виталий Сергеевич, улыбаясь, протянул ей рисунок.

– Счастье!

– Да, счастье… – Юливанна взяла рисунок, посмотрела на бугор. – Я повешу его под тентом, чтобы видеть каждую минуту… – Голос ее вдруг надломился и как-то странно зазвенел. – И помнить, какое оно короткое. Куцее.

– Юля! – с упреком сказал Виталий Сергеевич.

– Ты хочешь только одного: чтобы я об этом не говорила. Хорошо, не буду… Бедный мой страус! Ты все еще надеешься, что все само собой уладится, образуется. Ничто не делается само собой…

Почему-то у обоих испортилось настроение, и они молча пошли домой, но потом Юливанна развеселилась снова, картинку прикрепили к картонке и повесили под тентом.

Юливанна начала готовить ужин, а Виталий Сергеевич, не дожидаясь ужина, достал бутылку с коньяком и выпил, потом еще и еще. Юливанна не сердилась и не кричала, только озабоченно на него посматривала. Виталий Сергеевич совсем не упился и не стал ругаться, а становился все молчаливее и задумчивее. Они собрались ужинать, и Юрка ушел домой.

Юрка несколько дней ломал голову и никак не мог придумать, что бы такое сделать, чтобы им было хорошо и они обрадовались. А потом вспомнил, как однажды Юливанна, смеясь, пожаловалась:

– Что это такое – живем у самого море, а рыбу едим только из консервной банки!

– «Жил старик со старухой у самого синего моря…» – сказал Виталий Сергеевич.

– Ну уж, пожалуйста! Я совсем не старуха, и ты не старик. И мне не нужна золотая рыбка. Обыкновенная. Хоть такусенькая.

Чтобы можно было зажарить и съесть.

Виталий Сергеевич ездил с дедом и папкой в Окуневку (у папки там знакомые рыбаки). Юрку они тоже взяли с собой. Съездили зря. Фелюги ходили впустую, кефаль ушла от берегов, и рыбаки «загорали» в бараке: кто читал, а кто играл в карты. На каравы[3 - Карава – вышка, с которой наблюдают за ходом рыбы.] даже не поднимались – при свежей волне кефаль к берегу не подойдет.

Теперь Юрка вспомнил об этом разговоре, и они со Славкой решили сделать Юливанне и Виталию Сергеевичу подарок – наловить кошелку рыбы, ну, хоть не целую кошелку, половину, прийти и сказать: «Вы хотели рыбки.

Вот!»

И тут как раз так совпало, что папка собрался ехать в город к своей матери, а их, ребят, бабушке, мамка побоялась отпускать его одного, чтобы он там не напился и чего-нибудь не натворил, они поехали вместе и взяли с собой Ленку, так что ребята остались одни, сами себе хозяева – иди куда хочешь, делай что хочешь.