Белый волк

Бэй поковылял в кусты, но слишком медленно – я бы и сам мог его догнать. Не дожидаясь, пока черный зверь скроется в кустах, стая стремительным потоком нагнала беглецов, разделилась и окружила каждого из диких зверей.

Если бы волк в этот момент бросил бэя, он бы вырвался из когтей смерти. Мне думается, хотя он остался без уха и хвоста, смертельных ран у него не было и он все еще был полон сил. Да и весь десяток с лишним собак, которые окружили волка, боялись этого дикого, свирепого зверя и опасались подходить слишком близко.

Оцепление было ненадежное, а значит, волк легко бы его прорвал. И впрямь, волк выбрал самого слабого пса, резко прыгнул к нему и ловко перегрыз шею. Остальные собаки затряслись от страха, забыв о схватке. Волк мгновенно ринулся прочь в сторону диких зарослей.

Кажется, волку давно пора было оставить бэя и спасаться бегством. Бэй стал для него обузой и бременем. Волк не мог спасти друга из собачьего оцепления. Продолжая в том же духе, он бы погиб вместе со своим коварным напарником.

Что там волки! Взять людей, даже супругов: боюсь представить, насколько сложно было бы сделать выбор в таких непростых обстоятельствах. Наши предки оставили такое назидание: «Муж и жена – одного леса птицы и в беде разлетаются в разные стороны;

в трудную минуту муж и жена – каждый сам за себя».

Тем более волк и бэй не более чем партнеры в черных делах, а хитрец может и обмануть. Иными словами, нет смысла хранить верность до конца. Мне кажется, бросить бэя волку не только простительно, но он даже и не заслуживает суда и порицания.

Он уже достаточно сделал для бэя: два раза был окружен охотничьими собаками, пожертвовал хвостом и сделал все возможное.

Беги, волк, у тебя есть право спасать себя; беги, беги без оглядки; беги и не думай о бэе. Доберись до густых зарослей, подобных лабиринту. Там ты как рыба в воде, и там ты спасешься. Вокруг бэя сжималось кольцо. Собаки кусали его, пока зверька не покинули силы. Бэй лежал на земле обессиленный и уже не оборонялся.

Его шея вытянулась, из пасти внезапно полилась кровь. Бэй издал предсмертный вой. Волк, почти уже скрывшийся от погони среди ветвей дикого кардамона, остановился, как молнией пораженный. «Ау-у-у, ау-у-у» – стонал бэй. Волк развернулся.

Эх, безнадежный друг!

Стоило волку замешкаться, как его нагнал пятнистый пес и ударил лапой. Волк остался еще и без глаза и все-таки бросился к бэю. Собаки, как пчелиный рой, налетели со всех сторон и вцепились в него зубами.