Берегиня Чёрной Поляны

– Ну, вот что, кот учёный, – продолжал витиевато издеваться он, – поведай мне, рабу своему жалкому, зачем тебе понадобилось в град-столицу меня сопроводить? Что-то я не разобрал в твоём рассказе про избушку, или у тебя ещё какие-то дела в Ольховке есть?

– Нет у меня никаких дел там, – буркнул я, нахохлившись.

– А тогда, зачем ты со мной едешь? На нотариуса глянуть захотел или владельцем сруба этого интересуешься?

– Не знаю, может и нотариусом, только чую я, что надо мне с тобой поехать. Вот как хочешь, так и понимай это, Егор Гаврилович.

– Да про чутьё своё ты говорил уже. А что-нибудь ещё сказать не хочешь?

Я разозлился.

– Не хочу. Вот хоть в мешок сажай, хоть вовсе наземь ссаживай, а говорить тут больше не о чем. Я тебе всё про тот сруб, как есть всё, сразу выложил. Ты меня не слушаешь и всё равно купить хочешь. Та вот я на эту куплю продажу своими глазами посмотреть хочу.

– Отговорить пытаешься?

– Не отговорить, а предостеречь. Не избу берём, кота в мешке. Не знаю я, кто в ней живёт.

Не считывается в Изнанке эта аура. Есть там жилец и не один, а вот хороший он или злой, кто его знает. Мне представиться не вышел. На вопрос ни на один не ответил. Что я тебе ещё сказать могу. Нехорошая избушка, мутная.

– Ладно, Вась, поглядим. Может оно и не страшно вовсе это твоё Лихо одноглазое. – Сплюнул дед Егор для очистки совести через плечо, тронул поводья и опять пустил Карлушу вскачь. Начались мои мученья снова. Да только сжалился он надо мной через минут пять. Расстегнул ворот тулупчика и засунул за пазуху, только голова осталась торчать.

Я аж замурлыкал от тепла и уюта. Потоптался чуть, пристраиваясь мордой вперёд, и запел. Дед подхватил затянутый мной мотив и лес вокруг словно замер, уснул. Ещё бы не уснуть, когда ему Хранитель и Лесник колыбельную в два голоса поют.

При въезде в Ольховку хозяин снова спрятал меня в мешок, чтобы расспросов лишних избежать, как он изволил выразиться. Я спорить сильно не стал. Решил на деле сфокусироваться. Как к сельсовету мы подъехали, так дедушка мешок со мной за спину забросил и, спешившись, Карлушу к изгороди повёл.

– Ну, всё, Хранитель, прибыли, – сказал он, привязывая поводья к широкой верхней жерди штакетника. – Машина его уже здесь. Значит и сам владелец на месте. Хочешь я с водителем пойду перекурю?

– Курить – здоровью вредить, – пробурчал я. – у меня тут и без того дышать нечем.

– Всяк по-своему с нечистым духом борется, хмыкнул Егор Гаврилович и двинулся в сторону входа.