Берегите душу города

– Домик…, – шмыгнул носом Меньшов. – И мой комп… И штанцы моднявые…

– Нашёл из-за чего переживать.

Меньшов только вздохнул, а Ким продолжил:

– Говорят вокруг Кольцовска тьма военных, вроде как даже технику какую-то подогнали. На КПП никого не пускают, ни в город, ни из города выехать не дают. Связь и интернет вроде давно уж починили, но подключать не собираются, чтобы информация не утекла. Машины с продуктами, шмотьём всяким, лекарствами разворачивают на полдороге, поэтому ситуация с питанием будет только ухудшаться.

Ну про родаков ничего. Вроде они какие-то испытания проводили, возможно с ядерной энергией. В общем, фиг знает, может Центр попросту аннигилировал, тогда вряд ли стоит на что-то надеяться. Вот как-то так.

– Я так и знал, – прошептал Головин. – Я так и говорил.

– Ой, не ной, – зашипел Меньшов. – Хватит раньше времени, нету тела, нету дела.

– А при аннигиляции его не будет, – язвительно ответил Головин.

– Помрём с голоду, – резюмировал Мартынов.

– Или друг друга жрать начнём, как ганнибаллы, – поддакнул Меньшов.

– Точно, Лекторы. Безграмотный ты, Санёк, до жути. – Усмехнулся Ким.

– Уж какой есть, – огрызнулся Меньшов.

– Да хватит вам, – выругался шёпотом Головин. – А чего военных-то понагнали? Какая-то угроза от нас исходит? Может мы уже все заразные или как?

– А может в зомбаков превратимся? – С воодушевлением подхватил Меньшов. – Прям вижу афишу «Зомбаки из Кольцовска».

– Сашенька, шёл бы ты… спать. – Сердито прошептал Ким.

 – Шутки шутками, но нельзя отбрасывать вероятность, что в Научном Центре произошла утечка. А уж чего – фиг знает, в наше время с чем только не работают.

– Слушайте, а пойдёмте завтра к Семёнычу. Он же говорил не стесняться, спрашивать. – Безо всякой иронии и смеха предложил Меньшов. – Вот как Ким сказал, так и расскажем. Что мол ходят такие слухи, и непонятно, чему верить, а чему нет. Восемь месяцев прошло, хорош уже гадать-то.

– Идея, – согласился Ким.

 – Удивительно, Саня, ведь можешь ты иногда в дело.

– А то. Я по-всякому могу. Помирать-то неохота.

За стеной послышался стук каблуков.

– Всё, отбой. А то Елизавета сейчас нам тёмную устроит.

Все мигом оказались в кроватях. Когда Елизавета Андреевна распахнула дверь, в спальне царила гробовая тишина. Воспитательница подождала пару минут и ушла.

А Костик вглядывался в тёмное небо за окном. Раз один единственный дом сгорел, значит как раз его.