Билет в жизнь

Ну, во-первых, она и сама, честно признаться, была не красавицей и кавалеров у нее практически не было, а во-вторых, было в этом Коле что-то такое, что тянуло к нему девушек, и Олю в том числе, да и вообще, как и любой девушке, ей было приятно любое внимание со стороны мужского пола. Они танцевали, и Коля что-то рассказывал ей на ушко. Оля ничего не слышала, ее мысли были далеко от парня.

"А может, мне просто послышалось. Мало ли что в таком шуме кто мог сказать, а я подумала, что это ко мне. Может, эта записка совсем и не мне.

Но с другой стороны, странно как-то все получается. Таких совпадений не бывает. Что же делать?"

Смутное беспокойство терзало Олю. Если бы в записке было написано, например: "Оля, я тебя люблю, приходи туда-то во столько-то. Поклонник". Так нет же. Никакого "люблю", "мусюсю" и тому подобного. "А что, если это…"

Страшная догадка так неожиданно стукнула в голову Оле, что она вдруг посреди танца остановилась и уставилась прямо перед собой. При этом она наступила своим каблуком на ногу Коле, а тот в свою очередь, пытаясь вытянуть ногу, задел танцующую рядом пару.

– Оль, ты чего? – еле сдерживая раздражение, спросил парень. Коля был парень очень догадливый, и он понимал, что вряд ли такое странное поведение мог вызвать его анекдот, который он даже и не дорассказал. А значит, девушка не слушала его вообще. А это как-то не очень успокаивающе действует на нервную систему влюбленных парней.

– Знаешь, что-то мне нехорошо стало. Прости, пожалуйста. Можно, я выйду. – В голове крутились нахлынувшие мысли.

" Почему именно ночью? Да еще в старом доме, где никто не живет. Понятно! Сначала завлекут, а потом…!"

Приключение уже теряло свою привлекательность и загадочность. Становилось страшно. Сразу в голове начали всплывать страшные истории канала НТВ о подростках, которых заманили, а потом… . "Что же теперь делать? Пойти или нет?" Можно было рассказать кому-то о записке и попросить пойти с ней. "А что, если это и в самом деле любовная записка. И там мне приготовлена романтическая встреча.

А я приду не одна. Во-первых, все будут знать, какая я трусиха, а во-вторых, тогда уже точно никто меня на свидание не пригласит. Нет, тут надо что-то другое придумать."

Было уже одиннадцать часов. Думать надо быстро. "А может, вообще никуда не идти. Никто же не знает, что я нашла записку."

Ужасно болела голова. Когда-то, когда ей было лет десять, она упала с качели и ударилась с разгона головой о дерево. Тогда тоже так болела.