Бифуркатор

Зацикленность в одном дне быстро разовьёт его интеллект. Сам вспомни, как его изменили двадцать три пребывания в одном дне. Умно разговаривал?

– Как ботаник, – улыбаюсь я, и печаль вдруг толкает сердце.

– Ну вот. К тому же, в твоих руках бессмертие.

– Это неплохо, да, но мне кажется, что мелкий просыпается всё время в одной кровати, – отвечаю я. – Ну сам подумай, если его арестуют за ограбление банка, посадят за решётку. А утром всё вернётся на двадцать третье июля. Представь, как утром сокамерники удивятся.

Откуда ни возьмись тут появляется новый мальчишка.

Стёпка какое-то время делает мелкие глотки колы, а потом говорит:

– Скорее всего, ты прав. Я бы это объяснил иначе. Постоянство пространства, вот как. Однозадачность матрицы пространства.

– Во! Точно! Я знаю слово матрица! – усмехаюсь я.

Стёпка выплёвывает смешок, приоткрывает один глаз и косится на меня.

– Не расстраивайся, – говорит он. – Главное, знать, что твой брат жив. А остальное… остальное – это лишь печаль от расставания.

– Да, – вздыхаю. – К тому же, остаются ещё подлые пять процентов.

Когда мы со Стёпкой расстаёмся, темнеет, а я стою на лужайке перед домом, оглядываюсь и говорю:

– Стёпка, а мы точно с тобой не психи?

Друг задумчиво заводит глаза, а потом говорит:

– До смерти мамы я бы сказал, что мы однозначно психи, но после её смерти, мне кажется, что вокруг всё неправильное. Я люблю думать логически, и раньше я знал, что такое смерть, и что ей не нужен пригласительный билет, но…

– Но одно дело знать, а другое – видеть её своими глазами, – перебиваю.

– Да, – кивает Стёпка. – Теперь мир кажется мне алогичным. Так что, моя теория – безобидная, по сравнению с ужасной жизнью.

Я задумываюсь.

– А знаешь, ты прав. Я даже готов отправиться в прошлое за своим братом. Я такой пустой, что не удивлюсь уже ничему и нисколько!

В тот вечер я ошибался.

****

Следующее утро будит меня настойчивым звонком в дверь.

Я барахтаюсь в кровати словно черепашка, которую перевернули на спину. Иногда мне кажется, что во мне живёт злобный демон, преследующий единственную цель: запутать меня во сне. Я часто просыпаюсь в неестественных позах, когда левая рука ничего не чувствует, правую ногу пронзают миллионы иголок.

Надевая в спешке джинсы, путаюсь в них и падаю. Теперь мой разум уже проклинает звонившего. И колокольчик страха тренькает только на лестнице.