Хранитель Времени

Банальное на первый взгляд блюдо приправлено кинзой, луком, укропом, петрушкой с добавкой пряностей в виде смеси пяти перцев.

Михалыч ещё не съел половину чашки, как становится понятно, что меру пресечения мне уже заменили с ареста на подписку о невыезде. Ложка так и летает по одному и тому же маршруту: котелок – рот. Я некоторое время крепился, но мой героизм грозит оставить меня без первого, и я с азартом включаюсь в это своеобразное соревнование. Победа, конечно, осталась не за мной, но и Сергею Викторовичу немного перепало.

На второе у меня фирменное блюдо. Я никогда не готовил его на костре, но решил попробовать по ряду причин. Подложка с куриными грудками вначале не вызвала энтузиазма. Первая мысль – просто поджарить курицу. Но, изучая содержимое багажника, я наткнулся на коробку апельсинового сока. Это знак. Дальше всё просто: оставил залитые соком грудки на час, обильно переложив их репчатым луком, а позже, когда они пропитались ароматом цитрусовых, чуть потушил блюдо на малиновых углях.

Это творение стало моим оправдательным приговором.

– За заслуги перед голодными людьми в моём лице наградить Морозкова Сергея Викторовича орденом, впрочем, можно двумя сразу, – это было сказано во время поедания, нет, гораздо точнее, уничтожения моей третьей фишки.

Пакет с черносливом и ореховое ассорти я за десять минут превратил в конфеты. Нафаршированные ореховой крошкой ягоды очень кстати к особо заваренному зелёному чаю.

Михалыча почти наповал сразил этот кондитерский шедевр. Он, конечно, некоторое время пытался принизить их вкусовые качества, но меня не проведёшь, и Саша сдался. Попивая чай, этот обжора чуть не час восхвалял мой кулинарный талант. К пещере мы вышли с большим опозданием, часа на два, поскольку нести весь груз и объевшегося друга, несмотря на его просьбы, я не согласился. И на предложение остаться здесь на обед и на ужин, а потом и ещё на недельку – тоже.

Глава 5

Небольшая расселина и есть вход в ту самую пещеру.

Ничем особо не примечательное место, скала с нагромождением камней. Бросается в глаза мраморная доска с надписью: «Туристы, снимите шапки. Здесь погиб наш Колюня» и строчка даты.

– Это один из погибших здесь, – поясняет Михалыч, – в память о втором ничего не написали.

Пора начинать спуск. Ещё довольно далеко от входа в пещеру мы почувствовали, как оттуда тянет холодом.