Свадебные откровения

– Чёрт! Это ты, сама знаешь.

Он повернулся на сиденье лицом к ней, и приобнял за плечи. Она снова позволила поцеловать себя, и в процессе её рука скользила по ноге Тома, пока не оказалась на члене. Вытянувшийся в штанине орган, затвердел ещё сильней у девушки под ладошкой.

Когда Линда поняла, что у неё под рукой, дрожь пробежала по телу девушки. Немедленно она отдёрнула руку, но затем опустила ладошку обратно, и нажала ещё сильней, чем прежде.

Поцелуи Тома становились настойчивей. Нащупав сзади край свитера, мужчина запустил руки под него.

Проворные пальцы отыскали застёжку лифчика.

Линда ощутила приятную лёгкость, когда погрузила язык ему в рот. Ей ужасно нравилось целоваться с ним по-французски, ощущать его руки на голой спине, чувствовать, как член пульсирует под ладошкой. От возбуждения у неё даже голова закружилась.

Скользнув одной рукой со спины на живот, Том забрался ей под расстёгнутый лифчик. Невероятно большие соски, оказались очень отзывчивыми. Упругие груди тоже были больше, чем он представлял.

Но соски, такие большие ему не попадались.

– Боже, Линда, – сказал он, скользнув рукой к другой груди.

Девушка охнула, не в силах говорить. Невероятно чувствительные соски отзывались на любую стимуляцию. А гиперчувствительными они становились через несколько дней после месячных, и продолжалось это неделю, иногда две. Сейчас была середина этого срока.

– О, боже, Том, как хорошо, – хрипло сказала Линда.

Девушка страстно целовала мужчину, язычок летал туда-сюда у него во рту.

Слегка повернувшись, чтобы облегчить ему путь, когда почувствовала другую руку у себя под юбкой. Раздвинула ноги и крепко сжала твёрдый член, когда ощутила прохладные кончики пальцев на чувствительной коже ляжек.

Жених ещё не обнаружил её невероятной похотливости, и Линда была этому рада, в противном случае они бы регулярно трахались, но она отказывала жениху, говоря, что всё случится только после свадьбы. Линда сдерживала все его эротические порывы, и Билл думал о ней, как о скромной, невинной девушке.

Том немедленно понял, какие чувствительные у неё соски; девушка вспыхнула, словно буровой факел, как только он принялся играть с ними. Потом задрав ей свитер одной рукой, другую – продолжая держать у неё между ног, Том наклонился к набухшему соску. Всосал эту большую, упругую вишню в рот, и нежно принялся её покусывать.

– Да, Томми. Да, вот так, – стонала она.

Ухватившись за запястье мужчина, Линда прижала его пальцы к полоске трусиков.