Адские хроники. Каинова печать

Наместник Аджитанта из века в век расширял и углублял своё влияние, но ни в какую не сдвигался с позиций, занятых им со времени смерти сестры. Он имел те же должности, тоже положение в обществе и всё ту же неустойчивую репутацию! Правда, с появлением госпожи Пелагеи некоторые моменты всё же претерпели серьёзные изменения. В худшую сторону.

Для начала Ал’Берит назначил эту женщину не больше не меньше, а своим заместителем, и далеко не все посчитали, что это насмешка исключительно над неким юным выскочкой.

А потом, словно издеваясь над всем высшим светом ещё больше, даже официально признал человека своей пассией. С учётом того, что до этого подобную пару ему составляла лишь легендарная Ашенат, колкость вышла на славу.

Не иначе, как более достойной кандидатуры тысячелетиями не находилось!

В узких кругах втихаря шла молва, что Главный архивариус Ада намеренно выжидал столько времени, дабы шпилька вышла особенно острой… Однако нечего и говорить, особой симпатии общества Ал’Бериту это не прибавило!

– Ваше молчание связано с намерением вызвать меня на дуэль?

– Нет, Ваше превосходительство.

– В таком случае, позвольте выразить сожаление за принесённое вам расстройство, господин Аворфис.

– Когда, – всё же решился он на вопрос. – Ответьте только, когда вы рассчитываете окончательно снять госпожу Пелагею с её должности?

Свой вопрос второй заместитель задал не из-за бушующих в нём эмоций, а по причине ранее выявленных обстоятельств.

Принимая дела Питомника, он заметил, что на кухню замка Аджитанта оттуда стали регулярно перемещаться особи женского пола. Подобное привлекло его внимание на тот момент, но показалось не таким уж значимым фактом. Более того, он окончательно расслабился, когда часом ранее просматривал документы по шахтам. Ему довелось сделать вывод, что число особей оказалось в значительной степени сходно с поступлением новообращённых вампиров.

Вот только в свете признания дядюшки подобное уже мало походило на нелегальное восполнение рабочей силы, и ему хотелось выяснить…

– Когда мысль об этом станет приносить мне хотя бы тень удовольствия.

Аворфис понял, что язык отказывает ему. Он и хотел бы сказать какой-либо комментарий, но просто-напросто не мог и это было крайне неприятно.

– Я вижу, как вы стали напряжены из-за моего ответа, – между тем заметил Ал’Берит, и он вынужденно подтвердил сказанное скованным кивком головы.