Герой из героев. Дело привычки

Её сокрушают бури, разрушает вода и опустошает огонь…

– Чего так улыбаешься? – мягко поинтересовалась Ниамбэ-Берта.

Я аж встряхнул головой. Воспоминания, которые до этого дня преспокойно покоились на дне моей памяти, вдруг скопом ринулись на поверхность, мешая заниматься настоящим.

… И всё же было бы невероятно смешно представляться богам как Тупой или Цыплёнок!

Я усмехнулся, хотя, с высоты сегодняшних дней прекрасно понимал, как права была Эветта. Замкнутый из-за боязни других людей ребёнок-дикарь. Одиночка.

Я всё время ждал нападения. Бился как хищный зверь, но в душе трясся от страха, как… цыплёнок. Не верил и не доверял никому. И пусть моё мышление в результате этого оказалось не заточено под общепринятые рамки, пусть в последующем генерировало нестандартные и значимые идеи, но изначально оно не имело под собой почти никаких знаний. Даже об элементарных правилах поведения… Не знаю, какое прошлое принадлежало мне до Чёрной Обители, но повторюсь и буду повторять до бесконечности – я несказанно благодарен судьбе, что некий Квалификатор решил, что из меня выйдет толк на магическом поприще!

… И, пожалуй, мне стоило быть благодарным Эветте.

Без неё я бы не стал учеником. И вряд ли бы закончил ученичество. Мэтры учили нас, но не самозабвенно. Это только благодаря ей я так быстро освоился с чтением и письмом. Стал тем, кто я есть…

– Эй, юноша? – забеспокоилась Ниамбэ.

– Да, всё хорошо, сударыня. В голове сегодня просто какая-то каша! – вполне честно ответил я. – Не могу толком сосредоточиться.

– Болит, что ли? Чай с мятой – верное средство!

– Пожалуй… Так вы дом показать предлагали?

– Да. И называйте меня просто Ниамбэ. Какая я вам тут сударыня?

Дальнейший осмотр не поразил. Побитое зеркальце в ажурной раме, шерстяной плед, баночки с уже испортившимися ингредиентами, склянка для алхимических опытов, неполный расписной сервиз, потрёпанная пара туфель и ещё одна без пары, широкая колыбелька на дугообразных полозьях с висящим поверх колёсиком, к которому цеплялись резные разукрашенные деревянные фигурки.

… Одна из них точно вышла из-под моей руки, но я никогда свои работы не раскрашивал!

– Скажите, Ниамбэ, – наконец-то интуиция почуяла желанный след. – А Белая Леди не была ли дружна с каким-нибудь художником?

– Нет, вроде.

– А с красильщиком? Слышал, – действовал я наугад, – что вроде как некий Гастон Лекруа к ней хаживал. Да и сервиз, что вы показали, вроде бы индивидуальной работы. Больше похож на подарок.