Герой на измене. Рояль в кустах

Напомнить тебе…

– Перестань, пожалуйста, – строго перебила меня Герда и украдкой подмигнула. – Место-то непростое, вот он там и волшебный.

– Если такой волшебный, то чего до идолов дорога брусчаткой не выложена? Хотя бы примитивная народная тропа должна была быть, – мне было не уняться. Я желал искоренить предрассудки в собственной семье.

– Потому что каверзничает судьба за попытку её обмануть. Желание исполнится, да только потом испытание из испытаний даст. Такое, что желанное вмиг нежеланным стать может.

Голос Герды сквозил грустью. Не иначе она сама не раз подумывала о том, чтобы пойти искать волшебный кровелист, но так и не решилась. Однако я был слишком раззадорен, чтобы долго задумываться над открывшимся мне обстоятельством. Скорее, я был глубоко уязвлён. Мои женщины предпочитали доносить свои сокровенные желания не до меня – настоящего мага, а до какого-то там глупого растения!

– Какой-то бред! – упёр я руки в бока, прежде чем начал ими активно жестикулировать.

 – Даже если кому-нибудь действительно подвезло, и он не только смог найти травку на кровелист похожую, но и сбылось с ним что-то там желаемое, то тут всё проще некуда. Все желают лишь того, чего им не хватает. А когда это есть, то оно постепенно теряет свою значимость. Так уж люди устроены, а не судьба.

Моя тирада заставила Герду сурово нахмуриться.

– Ты мне ответь, чего тебе? Сложно, что ли, до туда доехать и самому слухи про кровелист проверить?

– Нет, не сложно.

– Вот и поезжайте туда тогда. Чего упрямишься?

М-да. Уели меня.

– Ладно. Туда поедем, – развёл я руками и с ярко выраженным на лице недовольством пошёл запрягать коней. Элдри не стала мне помогать, а умчалась в дом переодеваться.

Глава 2

Несмотря на гнетущую её боль, Герда всё же проводила нас со двора и долго махала рукой вослед. Я знал это, так как постоянно останавливался, чтобы проверить, стоит ли она ещё у калитки. И в очередной раз увидев, что Герда всё там же, снова и снова поднимал руку в прощальном жесте.

Отчего-то мне было тягостно оставлять её в доме, но я знал, что уговаривать женщину ехать с нами бесполезно и глупо. Для неё было бы лучше полежать в тишине и покое.

Элдри, однако, ничего не знала о гнетущем меня чувстве, а потому недовольно раз за разом косилась на наше прощание и, наконец, зло буркнула.

– Давай уже ехать, а не плестись! До холма не менее часа. И то, если быстро.