Герой на измене. Рояль в кустах

Не стоило думать об этом. С чего я вообще так часто об этом думаю?!

– Сударь Морьяр, проходите. Сейчас я доложу господам, – с порога узнала меня служанка Данко и радостно улыбнулась, когда я сунул ей в карман передника леденец.

Кэтти была ровесницей Элдри. Ей едва исполнилось семнадцать, и, как и моя девочка, она была полной сиротой. Наверное, поэтому я так по-отечески к ней относился, хотя внешне разница в нашем с ней возрасте не так уж бросалась в глаза.

Будучи оторванным от великих потоков энергии междумирья, я давно утратил контроль над процессом взросления (не нравится мне слово старения!) и через некоторое время моё тело начало меняться.

Изначально темп был очень медленным, не даром все в Стае долгое время косились на меня из-за отсутствия перемен во внешности, но теперь всё происходило так же, как было положено природой. И я этому радовался. Настала пора для меня перестать выглядеть юнцом! И так ни усов, ни бороды. Так что нынче я представлял из себя мужчину лет двадцати пяти или около того. И это «около того» скорее уменьшало мои годы, нежели увеличивало… Но мне нравилось воображать себя кем-то посолиднее. Лет эдак на тридцать, а то и тридцать пять.

Я снял с себя шляпу и уселся на диван, по-хозяйски развалясь. Делать мне нечего, как думать об этикете в этом доме! Если бы не мой талант художника, то Данко давным?давно проел бы свои деньги. А так он смог заработать столько, что теперь не только меня снабжает глиняной посудой. Ассортимент его товаров значительно расширился.

Он стал перспективным купцом и довольно-таки значимым человеком в Эрвинье.

– А, вот и ты, сукин сын! – грозно уперев руки в бока, сквозь зубы недовольно процедил бывший лучник. – Целую неделю не хаживал, а тут припёрся. Чего? Разнюхал?! Какая падла тебе растрепала, что я красного шрай-ханского вина ящик закупил?

– У меня интуиция мага, – я несколько раз кряду дотронулся указательным пальцем до виска и улыбнулся. Данко сразу перестал разыгрывать из себя злюку.

– Да и хрен с твоей интуицией, всё равно бы вас с Гердой позвал. Я у тебя в неоплатном долгу.

– Брось!

– Что «брось»? Ты вот разве нечасто задумываешься, почему все мы мрём, как мухи?

– Вообще не задумываюсь. Я уже пришёл к выводу.

– Ну тогда соизволь, ответь мне. Отчего люди так мало живут?

– Боги и им подобные боятся конкуренции.

– Ты псих, – он довольно рассмеялся и сел подле меня, бесцеремонно положив ноги на стол.