Герой – род мужской, число единственное

Вообще никак! Но Тьма хотела, чтобы я таскал за собой эту гадину, именуемую моей помощницей, поэтому я с ней не расставался, хотя искренне мечтал избавиться от этой обузы. С ней не могло идти ни малейшей речи о свободе действий.

– И на что здесь смотреть? – резонно обвела она рукой тоскливое пространство. Посреди бесконечного поля пожухлой низенькой травы выделялись лишь несколько холмиков-землянок вдали.

– Милая, если тебе не нравится, так не смотри, – словно идиотке пояснил я ей. – Глаза там закрой вместе со ртом, например.

Несколько минут мы шли в молчании, пытаясь переварить невероятную антипатию друг к другу. За собственными мыслями я даже подзабыл, что намеревался поглазеть на местных жителей. Они являлись искусственно созданным гибридом гномов и крысолюдов и обитали только здесь. Это одному богу захотелось поэкспериментировать с развитием новой цивилизации, вот мне и стало интересно лично оценить результат… до того момента, как эта женщина начала говорить. Теперь меня переполняли совсем иные эмоции и мысли, так что теперь я яростно вышагивал вперёд в совсем другую от поселения сторону.

– Мне не нравится, что хранитель мира всё ещё жив, а мы устраиваем себе бесцельную экскурсию. Ладно бы перед нами стоял приказ кругами обращения заниматься, но…

– Если бы мы не заключили его в путы, а убили, то здесь бы уже не было так спокойно.

Она закатила глаза. Я же вдруг наткнулся на неказистое существо мне по пояс. Внешне оно было покрыто пушистой серой шерстью, но в остальном фенотип определили черты подгорного народа.

Широкие плечи, грубое, но вполне похожее на человеческое лицо, мощные пятипалые руки и… такие умильные прекрасные круглые глаза! М-да. Без самого скромного намёка на интеллект.

– Ты меня понимаешь? – мягко спросил я и, присев на корточки, дружелюбно протянул пальцы.

Мне не ответили. Нос существа задёргался и он (или она) юркнул ближе ко мне, чтобы начать скрести ткань плаща на месте кармана. Я улыбнулся и вытащил завёрнутый в бумажную салфетку пирожок.

Шершавый язычок лизнул мою ладонь, и острые зубки шустро ухватили лакомство.

– Всё. Теперь пойдём отсюда.

Разрушать планету для меня было тягостно. Тоже самое, как бросить в пламя коробку с новорождёнными щенками. Но, несмотря на невинность, этот мир обладал мощью. Он отдал больше, нежели все ранее мною виденные. Моя помощница довольно заулыбалась, наблюдая за силой потока. А я… а я был готов убить её за это!

Однако не убил.

Зря, наверное.