Герой – род мужской, число единственное

Я населю мои небесные острова теми, кто сумеет причинить мне боль и кто снова столкнёт меня в бездну.

«Мазохист», – мгновенно заключил я.

– Мне не так уж интересно, что убивает в тебе интерес к жизни, но я хочу уяснить для себя проект в большем объёме. Или ты не заинтересован в моей помощи в нём?

– Напротив, – бирюзовые глаза заволокла некая мечтательная дымка. – Эта память станет прекраснее всего сущего.

Глава 4

– Что ты так глядишь на меня с укоризной? – с улыбкой осведомился я у своей помощницы.

Вид у неё был самым подходящим для фурии.

– Ты опоздал на шесть дней. Я ждала тебя здесь шесть грёбаных дней!

– Милая, ты бы могла и восвояси отправиться.

– Я тебе не «милая»! – погрозила она пальцем у меня перед носом.

Ой, а то я не знал? Просто её столь взбесило такое обращение, однажды случайно сорвавшееся у меня с губ, вот я и начал его использовать. Часто.

– Ты готова?

– А то нет. Ты сам-то готов? – она буравила меня своими зелёными глазищами, но не смогла остановиться на одном лишь взгляде.

Женщина не сдержалась и прокричала. – Сволочь! Надо замкнуть цепь в срок, а ты по междумирью разгуливаешь! Неужели нельзя было разрушить последний нужный мир, а только потом взять и исчезнуть?!

– Я же предупредил, что вернусь.

– Время не бесконечная штука.

– Знаю, но мне казалось, что я задержался всего на часик-другой, – не стал на этот раз спорить я и поинтересовался. – Какой из этих миров тебе нравится больше? Они оба подходят для заключительного аккорда.

– Этот.

– Значит идём к тому.

Она закатила глаза. Наверное, действительно стоило собрать силу с мира, где бог попроще, но… нас было аж двое. А мне ещё и хотелось поэкспериментировать.

Мы вошли в ближнее пространство и подали сигнал. К сожалению, нападать напрямую мешал протокол. Сначала следовало предъявить ультиматум. И хранитель мира не стал щекотать нам нервы, а явился быстро, пусть и в сопровождении соседа.

Оба они были эльфами: высокими, черноволосыми, зеленоглазыми, статными… И от обоих них потоком жизни разило, как от неискоренимого на запах шрай-ханского одеколона. Да и непримиримости явно хватило бы на целый взвод светлых богов.

– Я Йунниэль Воздушный спрашиваю, кто вы, решившие посягнуть на мои владения?

Обычный ответ был прост: «Мы служители Тьмы» и дальше бла-бла-бла, но мне уже не хотелось быть обезличенным, одним из многих.